Alexander Smulyansky - Lacan-educational program [2010-2017, MP3, 64 kbps] torrent

Разное » Разное (раздачи) » Аудио

Александр Смулянский - Лакан-ликбез

Год выпуска: 2017
Автор: Смулянский А.
Исполнитель: Смулянский А.
Жанр: Семинары
Издательство: Astrei

Тип: аудио версия
Аудио кодек: MP3/WMA
Битрейт аудио: 36-128кб/с
Продолжительность: 154:07:10

Описание: Александр Смулянский - философ, исследователь критической и политической мысли.
Лакан-ликбез - серия продолжающихся семинаров (2010-2017), посвящённых основным положениям Лакана, которые проходят в С-Пб. на разных площадках (Философское кафе, Музей Фрейда, Порядок слов и др.).
Добавил новые записи (01.06.2017) Перезалил.
[spoiler="Трэклист"]
1-й сезон:

01 Работа воображаемого в акте сексуального влечения - 64 kbps (64:24)
02 Остроумие и работа означающего - 64 kbps (119:53)
03 Язык и пропажа субъекта - 64 kbps (97:08)
04 Тревога и ее источники в бессознательном - 64 kbps (53:07)
05 Ребенок как свидетель материнского желания - 64 kbps (58:18)
06 Ребенок и принцип реальности - 64 kbps (83:03)
07 Отец, дающий знак - 64 kbps (87:30)
08 Субъект и человеческая масса - 64 kbps (71:32)
09 Отец первобытной орды - 64 kbps (62:04)
10 Утопия и сексуальное раскрепощение - 64 kbps (46:32)
11 Бессознательное против живой материи - 64 kbps (63:56)
12 Вмешательство в истину - 64 kbps (86:27)

2-й сезон:

01 Интеллектуал и университетский дискурс - 64 kbps (63:03)
02 Политическое как имя для любого - 64 kbps (68:24)
03 Террор истины и желание - 64 kbps (57:40)
04 Фальстарт сублимации - 64 kbps (77:56)
05 Бессознательное и зло - 64 kbps (68:57)
06 Моральный императив как острота - 64 kbps (61:58)
07 Братство как оппозиционная война со своим ближним - 64 kbps (85:03)
08 Худой мир во имя Имени-Отца - 64 kbps (82:29)
09 Доступность против доступа. психологизм как мыслительная форма - 64 kbps (69:14)
10 Что психоанализ может сказать о власти - 64 kbps (79:27)
11 Беспокойство языка - 64 kbps (71:37)
12 Воспитание и его источники в бессознательном - 64 kbps (52:06)

3-й сезон:

01 Современные утопии - 64 kbps (60:00)
02 Поступок и действие - 64 kbps (71:32)
03 Знание и наслаждение - 64 kbps (84:26)
04 Влечение к смерти - 40 kbps (73:43)
05 Психоанализ в теории - 64 kbps (85:36)
06 Перспективы понятия "желание аналитика" - 64 kbps (107:22)
07 Мифы энергетического баланса - 64 kbps (114:38)
08 Креационизм и влияние необратимости - 64 kbps (93:54)

4-й сезон:

01 Топология знания после Лакана - 128 kbps (70:47)
02 В каком смысле знание может быть объективным - 64 kbps (63:20)
03 Нейрофизиология и психоанализ - 64 kbps (80:49)
04 В каком смысле знание может быть силой - 64 kbps (80:47)
05 Нужда субъекта - 96 kbps (58:31)
06 Субъект, знание, невроз - 64 kbps (83:19)
07 Знание, истина и наслаждение - 64 kbps (82:01)
08 Латуза как продукт истины - 64 kbps (82:46)
09 Логика и истина - 64 kbps (66:49)
10 Понятие Реального у Лакана - 64 kbps (77:06)
11 Означающее и несуществование сексуальных отношений - 64 kbps (90:35)

5-й сезон

01 Акт высказывания - 64 kbps (46:30)
02 Акт и синхрония - 64 kbps (45:21)
03 Акт высказывания и его пространственная форма - 64 kbps (89:53)
04 Акт высказывания как наслаждение формой - 64 kbps (30:30)
05 Статус лакановского высказывания - 64 kbps (66:35)
06 Категория наслаждения субъекта - 64 kbps (67:33)
07 Теория речевых актов - 64 kbps (111:06)

6-й сезон

01 Речь и наслаждение пола - 64 kbps (55:34)
02 Параллакс и траектория влечения - 64 kbps (76:37)
03 Аффект и тональность высказывания - 64 kbps (48:44)
04 Дискурс и история стыда - 64 kbps (93:11)
05 Наслаждение матери как посредник между стыдом и речью. - 64 kbps (85:36)
06 Современность и призраки синхронии - 64 kbps (94:30)
07 Как работает дискурс аналитика - 64 kbps (98:04)
08 Публичная речь и наслаждение - 64 kbps (76:38)
09 Речь в анализе и её публичный аспект - 64 kbps (61:00)
10 Субъект в эпоху выразительного чтения - 64 kbps (78:23)

7-й сезон

01 Порядок и желание отца - 56 kbps (60:52)
02 Стадии психосексуального развития и латентный период - 64 kbps (114:12)
03 Эдип и женская сексуальность - 64 kbps (80:37)
04 Власть и удовлетворение - 56 kbps (74:34)
05 Университет и пролетариат - 64 kbps (83:08)
06 Вопрос отца и желание Фрейда - 56 kbps (57:29)
07 Атеизм и доступ к наслаждению - 64 kbps (78:56)
08 Ребёнок и его объект - 64 kbps (79:24)
09 Психотерапия и страсть к лечению - 64 kbps (62:16)
10 Эдип и первобытный отец в учении Фрейда - 64 kbps (96:39)
11 Перенос как причина психоаналитического анализа - 56 kbps (84:14)
12 Преобразование влечений в психоаналитическом - 56 kbps (84:44)

8-й сезон

01 Симптоматология материнства - 64 kbps (73:57)
02 Удержание, падение, обесчещение. Женская позиция в символическом - 64 kbps (87:44)
03 Современный женский субъект. Истерия и обсессия - 64 kbps (90:00)
04 Пути вхождения в невроз навязчивости - 64 kbps (81:43)
05 Мужской субъект и его тревога - 64 kbps (65:55)
06 Вопрос сексуальности и его значение в анализе - 64 kbps (57:10)
07 Собственники наслаждения - 64 kbps (70:50)
08 Возраст мужчины - 64 kbps (52:00)
09 Декарт и молоко истины - 64 kbps (62:55)
10 Оральный и анальный субъект в акте - 64 kbps (69:50)
11 Фрейд как тело и объект - 64 kbps (72:35)

Магический театр:

01. Жак Лакан - 64 kbps (70:35)
02. Жак Лакан - 64 kbps (129:43)
03. Жак Деррида - 64 kbps (114:24)
04. Жиль Делез - 64 kbps (109:35)
05. Капитализм и шизофрения - 64 kbps (124:26)
06. Эдип и Анти-Эдип - 64 kbps (106:40)
07. Жан Бодрийяр - 64 kbps (130:22)
08. Мишель Фуко - 64 kbps (111:12)
09. Славой Жижек - 64 kbps (102:53)
10. Историчность и эвереттика Беньямина, Эко - 64 kbps (138:52)
11. Фридрих Ницше - 64 kbps (133:03)
12. Теодор Адорно и Герберт Маркузе - 64 kbps (96:01)
13. Луи Альтюссер - 64 kbps (103:46)
14. Пьер Бурдье - 64 kbps (91:07)
15. Ален Бадью - 64 kbps (85:55)
16. Мартин Хайдеггер - 64 kbps (101:11)
17. Маркиз де Сад - 64 kbps (66:08)
18. Батай и социологический колледж - 64 kbps (56:27)
19. Может ли субъект на что-то влиять - 64 kbps (83:51)

Маркс-ликбез
01. Тезисы о Фейербахе - 64 kbps (89:08)
02. Введение к Критике гегелевской философии права - 64 kbps (85:28)
03. Маркс к Критике гегелевской философии права - 64 kbps (55:40)

Открывашка 2012:

01. История, карьера и авантюра психологической науки - 64 kbps (93:48)
02. Оформление понятия «настоятельного» в среде и помимо психоанализа - 64 kbps (71:22)
03. Ответственное лицо и функция его речи - 64 kbps (131:17)

прочее:

01. Реализм: завышенные ожидания - 64 kbps (11:59)
02. Что и как может критиковать современный интеллектуал - 64 kbps (110:18)
03. Либеральный иллюзион и призраки Маркса - 36 kbps (86:27)
04. Факт и его отношение к аффекту речи - 64 kbps (18:20)
05. Об искусстве и его «автономии» - 64 kbps (86:10)
06. Искусство на службе у "Другого" - 64 kbps (96:42)
07. Что меняют перемены - 64 kbps (96:34)
08. Опыт и опытность - 64 kbps (78:55)
09. Зеленая книга Каддафи - 64 kbps (56:40)
10. Историчность против истории - 107 kbps (116:24)
11. О папиной литературе - 64 kbps (12:53)
12. стихи Горохова - 96 kbps (20:06)
13. Нечто о производственном романе - 128 kbps (8:13)
14. О теории речевых актов. Презентация #14 [Транслит] - 64 kbps (15:10)
15. К понятию акта высказывания - 64 kbps (95:21)
16. Исповедь Руссо с точки зрения работы Фрейда - 64 kbps (121:54)
17. Невроз навязчивости в лаканской теории - 64 kbps (60:05)
[/spoiler]
[spoiler="Краткое описание лекций Лакан-ликбеза:"]
[spoiler="ГОД 1"]
Лекция 1 - Работа воображаемого в акте сексуального влечения
Понятие влечения Жака Лакана и его отношение к либидо
Тексты Лакана по справедливости вызывают затруднения у читательской аудитории. Но есть более глубокие трудности — это места, где лакановская мысль сталкивается с нашим общим представлением об определенных предметах, привнося нечто такое, во что ординарное мнение поверить отказывается. Понятие «влечения» как раз является именно таким предметом. Некритично взятое у Фрейда, для нас оно как правило представляет собой ассоциативную смесь из мифического инстинкта, импульса и тому подобных нечетких реалий. Каким образом возможно при помощи лакановского аппарата строго и точно описать влечение как функцию — вот задача нынешнего заседания.

Лекция 2 - Остроумие и работа означающего
Остроумие и бессознательное
Принято полагать, что работа нашего бессознательного, если человек допускает наличие такового у себя, хорошо представлена в рамках архетипа, мифа, чувства, аффекта. Но фрейдистская практика выявила, что принципы, по которым действует бессознательное, описываются скорее структурно, чем образно, и связаны с языком, а не с аффектами. Анализу этого аспекта бессознательного и будет посвящена эта лекция.

Лекция 3 - Язык и пропажа субъекта
Отчуждение и пропажа субъекта в свете реальности означающего
Предметом третьей лекции, посвященной Жаку Лакану, станет рассмотрение человека как существа, радикально зависимого от своего основного орудия - языка. Вопреки большинству теорий, занимающихся предоставляемыми языком преимуществами и возможностями, Лакану удается показать, что именно пользование словами ставит субъекта в положение, которое оборачивается для него отсутствием выбора и эффектом исчезновения из бытия.

Лекция 4 - Тревога и ее источники в бессознательном
Ничего, как признается Лакан, не убеждает нас до конца в наличии бессознательного, кроме одного: ощущения, что кто-то или что-то осуществляет натиск, который ощущается в форме тревоги. По мнению Лакана суть тревоги не в том, чтобы переживаться, а в том, чтобы от самого субъекта оставаться скрытой. Семинар «Лакан-ликбез» Александра Смулянского строится с расчетом на то, чтобы лакановские понятия, которые так тонко и на первый взгляд рискованно сопряжены в его изложении, оказались рассмотрены и представлены как средство реальной опоры для мысли.

Лекция 5 - Ребенок как свидетель материнского желания
Отношения матери и маленького ребенка являются приоритетной психологической и психоаналитической темой - на этот счет неустанно рассуждают о любовной и гармоничной сопричастности двух существ. Но Жак Лакан, не поддаваясь умилению, строго и теоретично показывает, с чем именно сталкивается дитя, когда ему впервые приходится узнать, что у матери есть бессознательное, а значит и какое-то свое, особое желание, о котором ребенок в сущности не знает ничего.

Лекция 6 - Ребенок и принцип реальности
В психологии развития изначально существуют слепые пятна. Одним из них является неуловимый момент, когда маленький ребенок переходит от доверия к тому, что предлагает ему мать, к признанию решающей функции реальности. Здесь пасуют даже наиболее последовательные психолого-педагогические концепции, вынужденные представлять этот переход как нечто необъяснимое и отданное на откуп естественному развитию человеческого существа. Жак Лакан явился первым, кто сумел так поставить вопрос, чтобы обойти это затруднение и дать загадочному этапу освоения реальности приемлемые объяснения.

Лекция 7 - Отец, дающий знак
Объяснить значение отца и отцовства — мечта, которой исконно подпитывается изучение детства. Психоаналитическая выучка внесла в ее осуществление свой вклад, научив нас полагать, что вмешательство отца заключается в лишении доступа к матери, и что в этом лишении принимает участие язык. Тем не менее, это объяснение само по себе еще не позволяет определить роль отца и того означающего, которое вносит в жизнь ребенка решающие и необратимые изменения.

Лекция 8 - Субъект и человеческая масса
В антропологических исследованиях давно уже вольготно чувствуют себя две гипотезы. Во-первых, это уверенность, что эволюция всего человеческого вида кратко воспроизводится в каждом носителе человеческой сущности, а во-вторых, что жизнь массового сообщества представляет собой огрубленный вариант индивидуальной душевной жизни. Тем не менее, уже Фрейд показал, что этими гипотезами невозможно руководствоваться без ущерба для мысли, и что путаница, которую они вносят, требует хорошего продумывания.

Лекция 9 - Отец первобытной орды
Предметом лекции станет то, что в начале xx века было рискованно названо эдиповым комплексом. Этот, на первый взгляд невинный плод первых психоаналитических наблюдений, навеки стал для интеллектуалов источником тревоги. На протяжении xx века от эдипа отказывались, его полагали инструментом капиталистической репрессивности, с ним попросту не знали, что делать. В этом положении оставалось только сформулировать вопрос к тому, что оставил Фрейд, и попытаться понять, что же имелось в виду.

Лекция 10 - Утопия и сексуальное раскрепощение
По сей день живо ожидание, что снятие сексуальных запретов может стать ключом к реализации всех человеческих желаний. Ожидание это явно или латентно легло в основу большинства социальных утопических проектов от Томаса Мора до Герберта Маркузе. Много ли шансов у подобных замыслов сделаться хотя бы теоретически достоверными, и что на деле оказывает им препятствие изнутри самого сексуального устройства субъекта?

Лекция 11 - Бессознательное против живой материи
С тех пор как психоаналитические термины вошли в обиход, не оставляет искушение мыслить либидо как источник жизненной силы, а бессознательное полагать воплощением давно искомого природного начала, присущего всему живому. Тем не менее, ближайшее изучение механизмов желания показало, что этот соблазнительный путь придется отклонить, пустившись по следу совсем других принципов работы бессознательного.

Лекция 12 - Вмешательство в истину
Известны примеры вмешательств, которые привычно повергают публику в трепет — например, фантазмы маркиза де Сада о распаде и уничтожении человеческого существа. При этом, как замечал Лакан, причиной всему было то, что де Сад просто любил истину. Это означает, что на деле он был теоретиком. Психоанализу же, напротив, приходится непосредственно иметь с истиной дело — именно и исключительно поэтому он и является практикой по преимуществу.
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 2"]
Лекция 1 - Интеллектуал и университетский дискурс
Понятие университетского дискурса вводится Лаканом не для узкой критики официальной институции, но с целью сказать о том, что происходит на всех уровнях интеллектуальной жизни. Жизнь эта, намереваясь быть продуктивной и свободной, тем не менее постоянно обнаруживает в себе самой некое препятствие, вызванное тем, что в своем успехе она себя не узнает. Критический гнев, вызываемый этим положением, должен быть осмыслен.

Лекция 2 - Политическое как имя для любого
Для категории, которая менее столетия существует в философских и публичных дискуссиях, Политика сделала огромные успехи, далеко опередив Истину, Дух и прочие крупные метафизические ставки прошлого. Тем не менее, в определении источника ее производства всякий раз остается пустая область. Последнее показывает, насколько мало традиционные средства интерпретации годятся для того, чтобы опознать политическое в его действенности.

Лекция 3 - Террор истины и желание
Веками человеческое существо имело возможность относиться к истине как к чему-то, что надежно отделено от него некоей чертой и не вмешивается в его жизнь, пока познающий сам не задастся в этом отношении вопросом. Ситуация изменяется вместе с возникновением новоевропейского субъекта и всего, что появляется вместе с ним. Именно в это время не только складывается особая конфигурация желания, но и появляется необходимость отдавать себе отчет в том, какое место в этой конфигурации занимает теперь истина.
Литература:
*Платон. Государство. Глава 6
*Лакан Ж. Семинары. Т.7. Этика психоанализа: глава XVII. Функция блага

Лекция 4 - Фальстарт сублимации
Понятие сублимации было введено Фрейдом как обещание и гарант того, что у невроза может быть благополучный исход, а у влечений субъекта, соответственно, есть наилучший вариант реализации. Став популярным, термин скрыл все те несостыковки и двусмысленности, в которых признавался сам Фрейд, до самой своей смерти оставляя их прояснение на будущее. В середине XX века это понятие было заново поднято Лаканом, который наглядно продемонстрировал, что пользоваться им в популярном смысле невозможно, и что его определение необходимо начинать буквально с нуля.
Литература:
*Фрейд З. Недовольство культурой
*Лакан Ж. Семинары. Т. 7

Лекция 5 - Бессознательное и зло
Любое рассуждение, использующее категорию зла, сегодня видится атавизмом, признаком давно утраченного способа мировоззрения. Частично за понятие зла все еще пытается держаться мораль - практически безуспешно, поскольку она давно уже упустила его в область фикшена и комиксов. Лакановский психоанализ, со своей стороны отказавшись и от религиозной и от этической опоры в их общем виде, тем не менее продолжает к понятию зла апеллировать. Возникает естественное желание спросить, для чего ему это понадобилось и открытие каких теоретических горизонтов здесь ожидается.
Литература:
*Лакан Ж. Семинары. Т. 7. "Этика психоанализа"
*Фрейда З. Недовольство культурой

Лекция 6 - Моральный императив как острота
Любое упоминание о морали обычно предполагает строгость и серьезность тона. Тем не менее, с помощью фрейдовского психоанализа возможно обнаружить, что институт морали с экономикой вины, возмездия и искупления структурно работает по тем же самым законам, которым подчиняются слова и знаки, расставленные так, чтобы своим взаимодействием вызывать комический эффект. Предметом семинара станет та общая область, что существует между моральным суждением и работой остроумия.
Литература:
*Фрейд З. Остроумие и его отношение к бессознательному

Лекция 7 - Братство как оппозиционная война со своим ближним
С некоторого времени принято считать, что история человеческого взаимодействия через некоторые досадные нюансы неуклонно движется к идеалу единения. Но здесь лежит препятствие, связанное с тем, что подобная ставка изначально призвана выполнять двойную функцию. Все крупные религиозные или политические программы братания или же войны с ближним являются именами для особого неудобства, причина которого лежит не в самом ближнем, но в тех нюансах функции желания, которые любая форма взаимодействия призвана совместно скрывать.
Литература:
*Фрейд З. "Моисей и монотеизм" (Наиболее удобен перевод Рафаила Нудельмана под заглавием "Человек Моисей")

Лекция 8 - Худой мир во имя Имени-Отца
Продолжение предыдущей лекции о перспективах братания и братства. Не доверя эдипальной истории в ее первоначальной версии, Лакан, двигаясь к истокам взаимоотношений субъекта с его ближним, находит инстанцию, которой он дает название Имя-Отца. Уникальность этого имени заключается в том, что под его эгидой делаются возможны как братские, так и сексуальные отношения. Тем не менее, условием его действенности становится сговор, в которой неведомо для себя вступают субъекты, обязуясь во имя мира и согласия никогда не подступаться к тому, что может лежать в основании их желания.
Литература:
*Лакан Ж. Семинар 17. Глава VIII. От мифа к структуре
*Фрейд З. Я и Оно

Лекция 8а - Реальность на сгибе (28 февраля 2011) (нет)
Сегодня все еще сильна убежденность в том, что социальная реальность, какой бы многоуровневой она ни была, тем не менее организована как единое поле.
Но уже более столетия назад начинает вырисовываться иная структура происходящего, за которой до сих пор пытаются успеть многообразные социологические концепции.
Большинство из них продолжают надеяться выстроить непротиворечивую картину, и потому их теории сами в свою очередь становятся невольными представителями той самой структуры, которую они силятся описать.
При этом ход психоаналитической мысли подталкивает к совершенно иной стратегии: признанию реальности тех двусмысленностей и самопротиворечий, которые каждодневно заявляют о себе в речах, поступках и убеждениях современного субъекта.

Лекция 9 - Доступность против доступа-психологизм как мыслительная форма
Сегодня субъект, выбирая между гештальт-психотерапией, пренатальной психологией или льстящей его самолюбию соционикой, не задумывается о том, что за всеми этими на первый взгляд различными направлениями стоит одна и та же форма мышления. Последняя условно именуется психологизмом и проявляется в уверенности, что субъекту надлежит насладиться и обогатиться всеми плодами, которые может ему принести познание самого себя и других людей. О некоторых заблуждениях подобной ставки и пойдет в лекции речь.
Литература:
*Платон. Федон
*Хайдеггер М. Гуссерлевская критика психологизма

Лекция 10 - Что психоанализ может сказать о власти
Сегодня мы находимся на пике убежденности в том, что предельным горизонтом активности субъекта является поиск власти. Жажда власти подозревается под любым публичным жестом — в области политики, научной мысли и даже искусства. Социально-критическая мысль не оказывает этому убеждению ни малейшего сопротивления, со своей стороны углубляя его и предлагая все более тонкие теории производства и циркуляции власти, где ее присутствие в скрытом виде обнаруживается даже под внешне невинными практиками. Возражения на этот счет изредка поступают только с одной стороны — со стороны психоаналитической мысли, у которой есть основания полагать, что категория власти является сомнительным и даже до известной степени призрачным образованием.
Литература:
*Лакан: Семинары. Т. 11. Глава XVII. О субъекте, якобы знающем, о первой диаде и о благе.
*Пьер Бурдье. О символической власти

Лекция 11 - Беспокойство языка
Современность, помимо всего прочего, характеризуется чувством, что в факте существования языка скрыто нечто предельно важное. В девятнадцатом веке беспокойство на этот счет проявляется в форме назойливого вопроса о том, откуда язык взялся. Лишь со временем делается очевидным, насколько затруднительна проблема языка и как мало можно надеяться отделаться от нее посредством той или иной всеобщей теории происхождения языка и его практического назначения. Напротив, в дальнейшем исследования обнаруживают только различия - между инстанциями языка и речи, между различными актами высказывания, между инстанциями самого акта высказывания... Лакановская мысль стоит на том, что различия эти вовсе не носят сугубо отвлеченный характер и имеют самое непосредственное отношение к тому, что психоанализ пытается помыслить под Бессознательным.
Литература:
*Лакан Ж. Семинары. Т. 11. Глава XI. Анализ и истина, или закрытие бессознательного
*Хайдеггер М. Из диалога о языке

Лекция 12 - Воспитание и его источники в бессознательном
В обычных определениях институты воспитания и образования носят нейтральный характер, продиктованный общими требованиями социализации индивидов. Вопреки этому, лакановский психоанализ начинается с открытия, что уже самые первые семейные педагогические достижения — такие, как знакомство маленького ребенка с зеркалом — никогда не состоятся без вмешательства бессознательного женского желания. На первый взгляд, обстоятельства такого рода лежат в стороне от официальных резонов. Но именно это и побуждает поставить под сомнение нейтральность публичного воспитательно-образовательного института в целом, проследив, каким образом все выдвигаемые им требования демонстрируют скрытую работу инстанции желания.
Литература: *Лакан Ж. Семинары. Т. 17. Изнанка психоанализа. Глава 5 "Лакановское поле"
*Жижек С. Возвышенный объект идеологии. Глава об идеологическом наслаждении
*Жижек С. Некоторые политически некорретные размышления о насилии
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 3"]
Лекция 1 - Преодоление препятствия
Каждый раз, когда философская, политическая или психоаналитическая мысль обнажает механизмы происходящего субъект впадает в панику и начинает стремиться учредить картину, в которой эти опосредования предстают в роли репрессивных препятствий, подлежащих преодолению. Вопрос в том, насколько похожи современные программы борьбы с отчуждением на утопическую мысль прошлых столетий о некоем универсальном, заповеданном человеку счастье. Правда ли то, что, как учат сегодня, любая утопия сконструирована по образцу старой и тривиальной тоски о золотом веке? На наш взгляд, ответ на этот вопрос отрицательный, и необходимо заново искать основания той защитной реакции, которую демонстрирует субъект перед уникальностью современной ситуации.

Лекция 2 - Поступок и действие
Основным пунктом станет пересмотр тех устойчивых позиций, на которые натаскана и продолжает натаскиваться любая мысль о феномене "действия", существующая благодаря двум противоречивым историческим источникам. С одной стороны, это западно-либеральная идеологема о "действии" в его связи с "практическим". С другой стороны действие мыслится в связи с Поступком - инстанцией, вышедшей на первый план на "правом" философском фланге (Бахтин) и взявшей на себя весь груз нового пафоса в отношении "поступочности по преимуществу". Работа Лакана над понятием "действия" помогает выявить начальные допущения, присущие этим двум сторонам мысли о "делах", показав, насколько иначе все выглядит со стороны последовательного аналитического подхода.
Тексты: Лакан. "Тревога". Глава xxi "Об окружности, не сводимой к точке". Раздел "О делах и поступке". С. 392-395.
Лакан Ж. О делах и поступке (сем.10, гл.21)

Лекция 3 - Знание и наслаждение
Тема, которая как правило у исследователей Лакана обходится красноречивым молчанием, но без которой просто нельзя понять суть той эвристичности, которая характерна для лакановской теории, но при этом объяснению в двух словах - что уже многие почувствовали - абсолютно не поддается. Ключом к этой эвристичности оказывается соположение двух понятий - "наслаждение" и "знание", связь между которыми ответственна за то особое функционирование бессознательного, которое характерно для говорящего субъекта и от которого ему, по лакановскому выражению, "предстоит пострадать".
Что читаем:
17 семинар, главы 2 и 3
Тема эта, которая каждый раз ставит перед нами своего рода преткновение, остаётся непонятой до конца и многое указывает на то, что эта тема в фрейдистском учении остаётся наиболее непонятной и нераспознанной. В каком-то смысле на её месте постоянно обнаруживается слепое пятно. И своего рода святость, некоторая особенность - печать, которая лежит на этой теме, - может носить ложный или, как выражается сам Лакан, воображаемый смысл.

Лекция 4 - Влечение к смерти

Лекция 5 - Психоанализ в теории
На этот раз психоанализ взят не в качестве вопроса к бессознательному, но рассмотрен в той роли, которую он сыграл в качестве определенного исторического этапа Теории. Последняя никогда не была ни чистой рационализацией, ни, как это пытаются теперь представить идейные противники "западного духа прагматической научности", выгодной эксплуатацией эмпирического поля. Напротив, именно психоаналитическая теория в ее особом обращении с фактами впервые выявила сложные отношения науки - в частности, психологической - с доступным ей материалом и позволила поставить вопрос о действительных причинах характерной для психологии небрежной предвзятости в его отношении.
Литература: Лакан Ж. Семинары. Т.11. Четыре основные понятия психоанализа. Введение ("Отлучение")

Лекция 6 - Перспективы понятия "желание аналитика"
Понятие «желания аналитика» широко используется в корпусе понятий психоаналитической теории Лакана. Лишь изредка ставится вопрос о том, что это понятие в своей метаописательной претензии (статус которой нуждается в проверке прежде всего) явно выпадает из общего круга. Рассматривается вопрос о том, какого рода нагрузку это понятие несет, какие апории (противоречия) разрешает, и каким в свою очередь дает место.

Лекция 7 - Мифы энергетического баланса
В рамках психоаналитической теории Фрейда понятие либидо описывало квоту сексуально нагруженной энергии и было представлено в качестве объяснения всех туманных мест фрейдовской гипотезы. Но современная ситуация требует дать буквальным высказываниям Фрейда другое толкование и разобраться в том, почему с самого начала для доказательства существования бессознательного потребовался такого рода «минимум энергетического напряжения».

Лекция 8 - Креационизм и влияние необратимости
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 4"]
«Знание»

Лекция 1 - Топология знания после Лакана
Знание, не выступая ни гносеологической категорией, ни гуманитарным концептом, занимает в логике Лакана место опорного понятия, организующего среду, в которой имеет место субъект. Прежде всего знание характеризуется тем, что оно находится в подвижных отношениях с речью - в различные периоды оно обнаруживается на разных уровнях того, что субъект способен высказать. При этом положение знания в период современности отмечено своеобразной аберрацией, в силу которой инстанция знания кажется раздвоенной - часть его обнаруживается на уровне первичного процесса, другую составляет знание, выступающее в качестве остатка приостановившей свое историческое действие формации господского означающего. Причины этой аберрации должен объяснить экскурс в положение знания с тех пор, как оно в результате гегелевского предприятия безвозвратно утратило свой прежний облик.
Лакан, 17 семинар, глава II "Господин и истерик" и VII "Эдип с Моисеем...".
Мазин В. "Паранойя: Шребер, Фрейд, Лакан", Глава 1 "Технонаучный оккультизм и дискурс капиталиста"

Лекция 2 - В каком смысле знание может быть объективным
Так сложилось, что объективность со временем стала первой чертой, которую знанию приписывают - даже будучи неточным или неполным, знание ее за собой, тем не менее, сохраняет. Но представлять интерес это определение может лишь постольку, поскольку "объективность" успела изменить свое значение. Будучи переработано Кьеркегором, понятие объективности полностью сменило облик, благодаря чему открылся целый ряд так и не использованных возможностей подхода к теме знания. Там, где эти возможности коррелируют с лакановским опытом, пресловутая объективность знания начинает значить нечто совершенно иное.
Литература: С. Кьеркегор. "Заключительное ненаучное послесловие к философским крохам". Отрывок.
Ж. Лакан. XX семинар. Глава XI "Крыса в лабиринте".

Лекция 3 - Нейрофизиология и психоанализ
Если следовать путем, пройденным Гегелем, то принято начинать с вещей, называемых "базовыми" и включающими в себя явления, обычно относимые к самому начальному этапу формирования духа - сюда как правило помещаются ощущение, восприятие и прочие психические феномены, носящие, как нас учат, непосредственный или малоопосредованный характер.
При этом - поскольку, невзирая на общую с Гегелем тему "знания", у нас нет и не может быть цели поступенчатого образования "знания абсолютного" - в первую очередь будет показано, что эти вещи ни в каком смысле нельзя считать простейшими, и что их мнимая первичность - результат работы иллюзии самого знания. В этом контексте рассматриваются такие феномены как "смех" и "крик".

Лекция 4 - В каком смысле знание может быть силой
Объектом анализа лекции является типичная для прошлого столетия социально-политическая, по большей части либеральная критика "знания" и те коррективы, которые внесла в эту критику лакановская позиция.

Лекция 5 - Нужда субъекта
Понятие "нужды" занимает важное место в размышлениях, область которых лишь частично покрывается фрейдовской мыслью, заходящей к нему через вопрос "потребностей". Как известно, в этом заходе потребность до неузнаваемости изменилась благодаря смещению акцента на функцию желания, в силу которой потребность получает новое измерение. Несмотря на это, наиболее затруднительным моментом остается необходимость отличить - притом, что средств для этого отличия не выработано - то, что в потребностях составляет их биографическую сторону, относящуюся к каждому наделенному телом субъекту от того, что является нуждой, появляющейся исключительно по той причине, что форма пребывания в виде субъекта с определенного момента стала для высказывающегося существа безальтернативной.
Литература: XX семинар, 5 глава "Аристотель и Фрейд: другое удовлетворение".

Лекция 6 - Субъект, знание, невроз
В этот раз речь, наконец-таки, пойдет о вопросе, к которому я давно уже хотел подвести - в некотором смысле для всего психоаналитического мероприятия он носит ключевой характер и в формулировке Лакана звучит следующим образом: "Естественно спросить, почему в результате формирования субъекта дело кончается скорее всего неврозом".
Необходимо показать, что ответить на этот вопрос невозможно, если не принимать в расчет место, которое субъект занимает по отношению к знанию. Последнее, как Лакан намекал, стало "знанием субъекта" лишь по чистой случайности - но это единственная случайность, после которой происходящее с субъектом приобретает фатальный характер.
Литература: Ж. Лакан. "Изнанка психоанализа". Глава VIII "От мифа к структуре".

Лекция 7 - Знание, истина и наслаждение
Рассматривается текст, являющийся своеобразной вставкой в 17 семинар и занимающий всего три страницы. Текст представляет собой то, что сам Лакан назвал ответом "чудаку-бельгийцу" и всегда поразительным образом остается в тени: его практически никогда не анализируют, на него не ссылаются, он не был - хотя вполне мог бы - растаскан на цитаты. Этот текст позволяет охарактеризовать отношения между знанием, истиной и наслаждением.
*Лакан Ж. Блеск Реального (сем. 17, гл. XIII)

Лекция 8 - Латуза как продукт истины
Латуза как продукт/дело/последствие истины
Отвечая на поступивший от одного из участников запрос и, одновременно, подытоживая сказанное в тот раз об истине - и в частности, о невозможности дать ее месту определение без учета тех интриг, которые она предпринимает в отношении знания - на этот раз предметом рассмотрения станет особый объект, роль которого в становлении университетского дискурса предположительно является революционной.
*Лакан Ж. Семинары. Кн. 17. Глава 11. С. 203-206.

Лекция 9 - Логика и истина
В центре внимания будет находиться вопрос о том, какое место занимает истина там, где от "суждения" переходят к акту высказывания, и какими притязаниями в связи с этим новым местом истина могла бы обзавестить, если бы не присущие ей родственные связи.
Опорным текстом является мнение Лакана относительно витгенштейновского "Логико-философского трактата", высказанно им в 4-ой лекции "Истина, сестра наслаждения" семинара "Изнанка психоанализа" , цифра 2, сс. 71-75.
Просьба также пересмотреть "Логико-философский трактат" Витгенштейна от положения 6.1. (Предложения логики суть тавтологии) до положения 6.112. (Правильное объяснение логических предложений должно ставить их в исключительное положение среди всех предложений.) и с 6.121. (Предложения логики демонстрируют логические свойства предложений, связывая их в ничего не говорящие предложения) до 6.124. (Логические предложения описывают строительные леса (das Gerust) мира, или, скорее, изображают их.)
*Лакан Ж. Психоз Витгенштейна (сем.17, гл.IV)
*Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. 6.1. - 6.112.; 6.121. - 6.124.

Лекция 10 - Понятие Реального у Лакана
Я хочу ещё раз вернуться к фразе, в которой выражено всё существо затруднений, связанных с тем неопределённым (и в последнее время стремящимся ко всё большей неопределённости – по причинам, которые Лакан не мог предотвратить, но смог проанализировать) местом, которое занимает в логике лакановского изложения инстанция Реального:
«За истину, конечно, сражаются, но причиной тому её связь с Реальным» («Изнанка психоанализа», с. 236).
Известно, что Реальное ещё в годы лакановских семинаров становится предметом двусмысленного поклонения, источником которого является совершенно чуждая лакановскому ходу мысли интеллектуальная и политическая манера. Будучи в те годы политически оппозиционной и даже по своему «прогрессивной», она в итоге, как все знают, закономерно стала достоянием сугубо академическим и бездеятельным. Причиной этих перипетий во многом является неверно избранный в интеллектуальном сообществе в отношении Реального тон, проявления которого можно наблюдать до сих пор и без которого понятие Реального у Лакана – это, конечно, парадокс – в большинстве случаев вообще лишается смысла.

Лекция 11 - Означающее и несуществование сексуальных отношений
Речь пойдет об элементе лакановской логики под названием "означающее", чей статус требует обсуждения в свете пикантной ситуации, которая у всех сегодня на устах под именем "несуществования сексуальных отношений". Проблема этого "несуществования" заключается в том, что в среде последователей Лакана нет единого объяснения этого нового для субъекта состояния (если оно действительно ново), равно как нет прямых указаний на то, как именно оно вытекает из самой логики лакановского аппарата. То, что в объяснениях этого "несуществования" предпочитают скорее концентрироваться на его "экзистенциальных" следствиях, уже является достаточной причиной, чтобы не уступать эту тему сугубо профессиональному кружку.
Подробней: https://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4591771
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 5"]
«Топология и акт высказывания»

Лекция 1 - Речевой акт и акт высказывания
Первая и вводная лекция лакан-ликбеза в этом сезоне посвящена давно назревшему отделению инстанции акта высказывания от категорий, сопровождающих её со стороны лингвистической науки и часто смешивающихся с ним – в частности, понятия речевого акта (speech act). Подчёркивается невозможность положиться на последний тогда, когда анализ действительно требует покинуть уровень содержания сказанного. Также критическому рассмотрению подверглись надежды, связанные с особой «перформативной силой» речевого акта, на которую имеет виды современный левополитический активизм.
Полагаю, стоит проделать ту формальную, но совершенно необходимую работу, которая заключается в предоставлении первоисточников. Сделать это тем более имеет смысл, поскольку аккуратное, но совершенно необходимое размежевание с изложенной в них доктриной и станет основой прорабатывания в этом году.
О перформативе и иллокутивной силе высказывания – традиционный, но до сих пор вдохновляющий широкие массы текст Джона Остина.
Также хочу привести источник, о котором мне напомнил один из оппонентов, убеждённый, что теория высказывания в том виде, в котором её продолжает и по сей день разрабатывать лингвистика, вполне достаточна для того, чтобы интеллектуал мог продолжать осуществлять пресловутую «работу критической мысли», включая критику т.н. «идеологической речи». Это вводная статья ныне здравствующего лингвиста Патрика Серио о возможностях «анализа дискурса», тон которой говорит чуть ли не больше, чем изложенная в ней теория.
Текст особо полезен тем, кого раздражает многозначность термина «дискурс» – уважаемого Патрика она раздражает тоже. ))

Лекция 2 - Акт и синхрония
Несмотря на то, что синхроническое и диахроническое измерения (как «одновременное» и «протяжённое по времени» соответственно) поначалу были выделены лингвистикой в качестве нейтральных инстанций, описывающих две равноправные закономерности в функционировании языка, вскоре стало ясно, что диахроническое измерение в широком смысле обнаруживает «идеологическую» подоплёку, делающую эти категории теоретически неравновесными.
Так, именно благодаря явному предпочтению диахронического взгляда на вещи, свою теоретическую общность обнаружили дисциплины, между которыми раньше не усматривалось никакой особой связи. Во-первых, это те философские концепции начала прошлого века, которые сохраняли верность т.н. «метафизическим» воззрениям на сущее (например, ставящие на четкую последовательность «причины» и «следствия», «целеполагания» и «достижения»), а также философия неокантианского стиля с присущим ей вкусом к урегулированию субъекта на основе этического идеала. Во-вторых, склонность к диахроническому подходу оставалась – и по сей день остается очень сильной – в психологических дисциплинах экзистенциалистского толка, для которых диахрония в силу их особого, в некотором смысле сентиментального интереса к биографическому измерению, была более чем предпочтительна.
В лакановедческой среде считается, что именно этот начальный перевес «диахронистов» побудил Лакана открыто выступить на стороне синхронии, настаивая на том, что лишь с учётом налагаемых ей требований к восприятию структуры возможно образовать представление об устройстве бессознательного.
Этот взгляд остаётся во многом верным, но сам по себе он недостаточен. Сегодня к этому следует добавить, что поступить так Лакана побудила также необходимость возражения собственно лингвистическим воззрениям на инстанцию акта высказывания, которая так и не довела до конца необходимость анализа синхронического отношения между актом и содержанием, подменяя его чисто биографической «одновременностью», выраженной в событии «речевого акта».

Лекция 3 - Акт высказывания и его пространственная форма
Когда-то математики были раздражены экстравагантным с их точки зрения заявлением Лакана о том, что субъект может быть устроен как топологическая фигура. Сегодня топологические аналогии вошли в привычку – лакановские школы активно их используют, полагая, что в их лице имеют дело с терапевтическим инструментарием. Это привело к тому, что они – будучи для самого Лакана при жизни смелыми экспериментами, всегда носившими пробный и незаконченный характер – оказались превращены в прикладной клинико-академический материал. Освежить смысл некоторых из них можно, показав, как выражаемые ими закономерности ещё до возможности описать с их помощью структуру субъекта сказываются прежде всего в том, что представляет собой его речь.

Лекция 4 - Акт высказывания как наслаждение формой
Опорные положения:
– Все вопросы, связанные с категорией формы в традиционном философском подходе к ней, содержат апорию, которая неразрешима до тех пор, пока в постановку вопроса о форме не будет включено понятие наслаждения.
– Именно наслаждение обеспечивает возможность выделения инстанции акта высказывания, который по сути представляет собой форму, задающую особый способ удовлетворения современного субъекта в области речи.
– Явление т.н. перверсии, как раз и поставившей в своё время перед Фрейдом принципиальный вопрос о роли наслаждения в удовлетворении влечений, необходимо выключить из нозологического подхода – независимо от того, рассматривает ли он эти явления как условно-болезненные или же нет. Вместо обычного для психоанализа оправдания перверсии как расширенного варианта нормы необходимо уточнить, что место перверсии в желании современного субъекта изначально заслонено и предвосхищено удовлетворением, задаваемым актом высказывания, связывающим наслаждение и благо.

Лекция 5 - Статус Лакановского Высказывания
Лекция оффлайнового ликбеза содержит:
– Определение традиции современного чтения, сформировавшейся под влиянием герменевтического подхода, служащего не просто для «истолкования текстов» – определение, создающее эффект ложной нейтральности – но прежде всего для создания компромисса, в рамках которого субъект может читать высказывания, не наталкиваясь на эффект акта.
– Анализ некоторых возникших в рамках этой традиции навыков обращения с текстом, а также сложившихся под её влиянием представлений о том, где имеет место «действие речи» и в каких случаях акт может иметь место.
– Затруднения, на которые наталкивается герменевтическая культура восприятия высказывания, сталкиваясь с корпусами текстов, акт которых изменил место структурного пребывания. Попытки обойти это затруднение старыми средствами – разбор текстуального анализа Александра Черноглазова.
Черноглазов А. Фраза Лакана, в кн.: Лакан. Приглашение к Реальному... М., 2012. С. 107-124.

Лекция 6 - Логика гомосексуального. Категория наслаждения субъекта
Предметом шестого лакан-ликбеза стала почти навязчиво обсуждаемая сегодня категория наслаждения субъекта, предварительно связанная у Фрейда с продуктивностью влечений – область, в которой лакановские работы, в отличие от психоаналитического корпуса в целом, двигались с величайшей осторожностью.
Демонстрируется бесперспективность и автоматизм, с которыми сегодня ставится вопрос о характеристике влечений субъекта, притом что последние до сих пор по инерции продолжают связываться в психоанализе с т.н. «объектными отношениями», поскольку предполагается, что именно поиск объекта и есть то направление, где субъект это наслаждение склонен извлекать. Показано, что это допущение провоцирует путаницу внутри лакановской и посталкановской теории и влечет за собой ряд архаических последствий в области политической критики, которая использует лакановский аппарат для обличения некоторого «особого наслаждения», которое субъект якобы получает в современном обществе потребления.
Ложность этого допущения требует более отчетливого указания на то, каким образом «субъект высказывания» способен прикрепиться к аппарату наслаждения и где находит в него вход.

Лекция 7 - Теория речевых актов и современный активизм
Активистская практика полностью является заложницей понятия «акта» со всей его философской, а также богословской историей. Что сегодня стоит за этим понятием?
Принято считать, что источники современного политического активизма необходимо искать в истории западных политических движений. На самом деле, у активизма последних десятилетий есть собственный оригинальный источник – лингвистическая концепция речевых актов и предложенные ей критерии их действенности. По этой причине характерный для активистской практики теоретический дефицит сегодня объясняется тем, что воспользовавшись этой концепцией, активизм унаследовал от неё не разрешённые в ней самой апории в понимании акта.
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 6"]
«Акт высказывания и наслаждение пола»

Лекция 1 - Речь и наслаждение пола
Первая лекция этого года, в которой подведены итоги прошлого сезона, посвящённого отграничению понятия «акта высказывания» и невозможности мыслить его в русле современной философской традиции, рассматривающей акт в качестве «поступка» и приписывающей ему функцию грядущего сдвига и изменения в положении субъекта. Вместо этого акт высказывания рассмотрен как аффект речи, или же присущая высказыванию «интонация», которая, отделяя высказанное от акта высказывания, никак не затрагивает речь со стороны её предположительной «выразительности», в то же время отделяет высказанное от акта.

Лекция 2 - Параллакс и траектория влечения
Понятие параллакса стало употребимым благодаря Жижеку, и хотя он применяет его несколько произвольно, речь идёт об эффекте, в результате которого различные уровни перспективы взаимно меняют своё положение. Сам Жижек характеризует это изменение как «смещение», но уловить происхождение данного эффекта, опираясь только на жижековские тексты, довольно сложно. Ни одна из сфер, где сам Жижек постоянно черпает примеры из области современной политики, философии, нейрофизиологии или же искусства, не берёт на себя ответственность за его возникновение. Для рассмотрения неизбежности этого эффекта следует обратиться к лакановской гипотезе влечения, в которой речь зашла о неизбежности отсутствия прямоты его траектории par exellence.

Лекция 3 - Аффект и тональность высказывания
Принято считать, что аффект предполагает возмущение энергетического характера, образно предстающее в виде душевного всплеска. Этот чрезвычайно психологизирующий образ позволяет отождествлять аффект с феноменами, которые тоже по умолчанию связываются с энергетическими колебаниями, выступающими проявлением «душевной жизни» субъекта. Таков, например, приписываемый речи уникальный характер, называемый интонацией и выражаемый в её подъёмах и спадах.
Напротив, лакановские теоретические заготовки, посвящённые аффекту, не только позволяют наконец устранить зависимость аффекта от метафоры «напряжения», но и дают возможность провести структурное различие между аффектом и тем, что в высказывании должно опознаваться не как его тональность, а как акт, делающий высказывание феноменом не психическим, а историчностным.

Лекция 4 - Дискурс и история стыда
Понятие стыда в психоанализе не является понятием, имеющим моральную окраску – с самого начала у Фрейда речь шла о термине, описывающем определённое явление душевной жизни, которое обязано особому устройству психического аппарата. Речь, таким образом, идёт о психической константе, никак с более-менее порочной жизненной историей субъекта не связанной. Тем не менее, примеры, над которыми работал сам Фрейд, чаще всего имели отношение к индивидуальному биографическому измерению. Заслугой Лакана является то, что стыд не только полностью очищается от его психологической трактовки, но и начинает укореняться в том измерении, где он действительно возникает и связывается с тревогой субъекта – на уровне речи.
Широко распространено мнение, что стыд, связанный с желанием субъекта, провоцируется явлениями сексуального характера. Фрейдовский психоанализ – даже поколебав многие ориентиры в этой области – тем не менее, практически не затронул восходящее ещё к античности представление о том, что стыд связан с проявлениями сексуальной жизни.
Тем не менее, именно психоаналитическая мысль даёт возможность уйти от этого представления, выводя на первый план связь стыда с наслаждением как таковым, по отношению к которому сексуальная окрашенность того или иного явления носит сугубо производный характер. То, что поддерживает наслаждение современного субъекта – и, соответственно, является источником стыда – лежит в области высказывания и связано с его особой структурной организацией.

Лекция 5 - Наслаждение матери как посредник между стыдом и речью
В большинстве непсихоаналитических сфер желание матери постоянно смешивается с тем, что выступает в форме предположительной «связи» матери и ребёнка. На месте этой связи, чрезвычайно бедной по своим теоретическим характеристикам, психоанализ материнского желания обнаруживает целую область, которой ранее не уделялось должного внимания. Эта область, вопреки начальным предположениям, от ребенка практически независима – притом что именно она во многом ответственна за все явления отчуждения, которое демонстрирует ребёнок по мере взросления и которое, как известно, состоит из всё более осложняющихся отношений субъекта с собственным наслаждением. Психоаналитический подход позволяет предполагать, что эти осложнения находятся в тесной связи с перипетиями наслаждения самой матери.
Вера в изначальную предзаданность отношений матери и ребенка является одним из самых устойчивых мифов психологической среды. Эта вера распространяется и на психоаналитическое сообщество, которое по существу ничего от нее выигрывает и чей опыт с ней, по большому счету, не согласуется. Тем не менее, она постоянно возвращается в аналитическую теорию, инвертируясь в ней и представая в облике будто бы присущего субъекту бессознательного отвращение к плотности материнского присутствия.
Это допущение, даже являясь более оригинальным, нежели педагогический миф "материнской поддержки", тем не менее, существенно препятствует разработке именно психоаналитической версии происходящего.
Версия эта должна, по всей видимости, опираться на то, что ребенок имеет дело с желанием и, в частности, наслаждением матери как с фактом, не имеющим к нему непосредственного отношения. Именно эта безотносительность вызывает к жизни измерение стыда, с помощью которого субъект в свою очередь создает противоречивые отношения с собственным наслаждением.
Лекция акцентирует внимание на инстанции высказывания как на одном из первостепенных источников материнского наслаждения. Сталкиваясь с ним, находящийсяся на материнском попечении субъект впервые узнает, что речь, принимающая форму высказывания, склонна обманывать относительно своих функций.

Лекция 6 - Современность и призраки синхронии
– Иллюзорный характер мер, принимаемых современной интеллектуальной средой против соблазнов «позиции Господина».
– Иллюстрация использования лакановского аппарата для обоснования возможности политической секуляризации и демонстрация злоупотреблений, сопровождающих подобное применение лакановской теории – разбор текста Я. Ставракакиса «Двусмысленная демократия и этика психоанализа».
– Рассмотрение режима синхронии, введённого процедурой фрейдо-лакановского психоанализа. Опровержение тезиса о политическом тождестве синхронии и секуляризации. Демонстрация диахронического характера большинства современных ставок на демократизацию, антиклерикализм и критику «традиционализма».
– Социальная мифология противопоставления «горизонтальных» и «вертикальных» общественных связей. Демонстрация нарастающего сопротивления, оказываемого следствиям синхронии по мере успеха «свободной интеллектуальной мысли».
Существование современного интеллектуала по существу представляет собой постоянную борьбу с эффектами диахронии. Именно в господстве диахронического порядка вещей социальная критика и активизм видят причины «пороков системы»: злоупотребления власти, иерархического устройства общества, клерикализма, деспотизма истины и ценности, нехватки свободного пространства для реализации субъекта.
Тем не менее, приветствуя крушение диахронии и хороня её в практиках современного искусства или в учреждениях новых форм социальной связи, за порядок синхронии принимают то, что ей не является. В лекции пойдёт речь о теоретических последствиях приравнивания синхронии к секулярности и её политическим и культурным эффектам. Этот интеллектуальный рефлекс сегодня усвоен настолько прочно, что его можно встретить в том числе и среди последователей лакановского учения – последние в ряде случаев совершают невозможное, чтобы заставить лакановскую систему обслуживать совершенно чуждый ей взгляд на вещи. В то же самое время Лакан закладывает основы совершенно другого понимания синхронического режима, в котором управляет категория не «горизонтального равенства», а настоятельности.

Рис.1. Траектория влечения, огибающего свой объект - к моменту лекции, где объясняется этическое злоупотребление, допущенное Ставракакисом в его характеристике "избегания".


Рис.2. Дискурс университета и подчеркнутая в лекции недостаточность толкования, которое этот дискурс зачастую получает со стороны современного интеллектуала и в лакановских движениях. В частности, необходимо обратить внимание на то, что нахождение S2 слева сверху, на месте агента, не предполагает автоматического перехода к Университету полномочий господина. В связи с этим нельзя говорить о "репрессивном", "подавляющем" характере университетского знания, как это обычно делают. Университет и продуцируемая им речь характеризуется постоянным попытками самокритики, самоограничения возможной репрессивности. По существу, вся известная нам сегодня либеральная, свободоборческая активность интеллектуала, именно в этом смысле слова и является "университетской".
Присущее ей расщепление, неуверенность отправления, постоянная борьба с "репрессивностью в себе" получает воплощение в том, что является в этом дискурсе продуктом - справа внизу - перечеркнутый субъект дискурса.


Рис.3. Дискурс психоаналитика, из которого доступен режим, названный в лекции синхроническим. Данный режим предполагает отсутствие рессентиментной, завязанной на "исторической памяти", ставки на "содержание высказывания". Его продуктом является не "критика", как в случае университетского дискурса (критика идеологии, аморализма власти и т.п.

Лекция 7 - Как работает дискурс аналитика
– Разбор университетского дискурса как «ослабленной речи», место которой подорвано тем самым, чему чаще всего в критической традиции приписывают силу – Знанием на месте агента.
– Освещение двух тактов психоаналитического процесса, связанных с функционированием инстанции акта высказывания. Объяснение фрейдовской убеждённости в наличии отрицания в бессознательном и её отражение в дискурсе психоаналитика. Место внедрения интерпретации в речь субъекта.
– Вопрос подготовки психоаналитиков: анализ будущего аналитика.
– Продолжение дискурса капиталиста: три необъявленных дискурса Лакана.
Невзирая на незавершённый характер лакановского проекта, именно на него обращены ожидания тех, кто ждёт от психоанализа последствий в виде «социальных изменений». С их точки зрения психоанализу предстоит внести вклад в борьбу, участником которой по традиции видит себя интеллектуал. С психоаналитической же точки зрения это означает, что от психоанализа требуют, пользуясь выражением Лакана, «произвести продукт».
Требование это существенно истеризует если не самого аналитика, то его ближайшее философское окружение, которое чувствует себя обязанным сформировать на основе психоаналитического аппарата политическую повестку. Как правило, в её роли в последние десятилетия выступает т.н. «дискурс аналитика» – образование, которому последователи Лакана придают особую ценность и склонны представлять в качестве своеобразного магистерия, итога лакановского проекта.
Этой высокой оценке не мешает традиционно расплывчатое изложение того, что в этом дискурсе происходит. Ещё реже современная постлакановская теория рассматривает вопрос о том, в какой связи дискурс аналитика должен находиться с другим важным и при этом получающим ещё меньшую разработку элементом лакановского учения – актом высказывания.
Литература на эти темы существует только и исключительно на английском.
Тяжкая, содержащая следы взаимного насилия, годами ведущаяся полемика между югославским и греческим лакановскими лидерами, Жижеком и Ставракакисом, на тему, что такое «акт» и какой от него вообще прок. Начинается она с критики Жижека Ставракакисом в работе Yannis Stavrakakis, The Lacanian Left, Edinburgh: Edinburgh University Press, 2007 (частично доступна на googlebooks). Работа эта причинила Жижеку «настоящую боль», которую он изливает в коротком тексте на лакан.ком, где в выражениях не стесняется.





Лекция 8 - Публичная речь и наслаждение
Политический вопрос относительно речевой инстанции ставится сегодня в перспективе т.н. «свободы слова». Как правило, в интеллектуальных сообществах беспокоятся, когда дело с этой свободой обстоит не слишком хорошо, и, напротив, испытывают моральное удовлетворение, когда удается её добиться. Это создаёт неверную картину распределения принципа удовольствия в речевой способности: по умолчанию предполагается, что субъект получает «право слова» в качестве удовлетворяющего его объекта и, напротив, испытывает недостачу, будучи её лишён.
При этом инстанция современного публичного высказывания устроена иным образом: субъект, вступив в спор о социальном переустройстве или рассуждая о текущем положении вещей, не наслаждается правом высказываться свободно. Напротив, речь он получает не иначе как в виде обращённого к нему требования высказаться. При этом, поскольку требование имеет место, произносить он должен вещи, в основном сосредоточенные в области т.н. «ценностей», поскольку ценность по существу и есть то, что вне требования субъект предъявлять не склонен. Свободная публичная речь, таким образом, изначально находится для субъекта в анальном регистре. Проистекающие из этого следствия заново ставят вопрос о месте наслаждения в функции речи и о характере расщепления высказывающегося субъекта.
С точки зрения первых идеологов Просвещения, состояние современности определяется для субъекта возможностью свободно прибегать к публичной речи и высказываться в соответствии со своими намерениями и велением совести. Именно это и легло в основание гипотезы т.н.«автономного субъекта». В итоге ей на смену пришла гипотеза «обусловленной речи», согласно которой субъект высказывается в заранее заданных рамках доступных ему дискурсивных моделей, определяющих производимый им нарратив и, таким образом, исключающих спонтанное высказывание. Гипотеза эта, оформившаяся в структуралистскую эпоху, до сих пор остаётся самым главным возражением против «автономии» и носит определяющий характер для большинства социально-гуманитарных наук, сосредоточенных на демонстрации условной несвободы действующего субъекта. Тем не менее, всё это не позволяет увидеть самого главного обстоятельства, характеризующего современную публичную речь, – того, что она, независимо от выбора начальной гипотезы, сущностно определена звучащим в её направлении «требованием высказаться» – требованием, которому субъект не в силах противиться и которое носит, таким образом, компульсивный характер. Именно это требование ответственно за появление говорящего субъекта современности, высказывание которого оказалось в положении, где на первый план выходит соответствие содержания речи измерению истины. В лекции речь пойдёт о последствиях господства инстанции требования и вытекающем из него соположении истины и наслаждения.

Лекция 9 - Речь в анализе и её публичный аспект
Лекция, на которой получила рассмотрение параллель между просвещенческим требованием, обращённым к речи гражданина и свободного интеллектуала, и требованием психоаналитика, обращенным к речи невротика навязчивости.
Показано, что объединяющим их пунктом является наличие в зоне умолчания постыдных элементов, не связанных ни с сублимационным аспектом контроля за речью, ни с общеморальными воззрениями, но при этом носящих для субъекта чрезвычайно неудобный характер. Намерение во что бы то ни стало заставить субъекта это постыдное проговорить является основной чертой, объединяющей фрейдовский психоанализ с проектом публичной речи в эпоху Просвещения.
Согласно общим воззрениям на психоаналитический процесс, речь субъекта, проходящего анализ, рассматривается в качестве отправления, которым движет нужда, связанная с предположительным личным страданием, побуждающим высказаться. Невзирая на распространённость, сам по себе этот взгляд не содержит ничего психоаналитического, поскольку исходя из него остаются непонятными оригинальные условия высказывания, заданные Фрейдом, согласно которым речь анализанта не должна походить ни на исповедь, ни на доверительную беседу о проблемах личного характера, но предполагает совершенно искусственный режим сообщения, который оказался не понят большинством фрейдовских современников. Режим этот зачастую не выдерживают даже в профессиональной аналитической среде, где он то и дело заменяется на более «естественную» коммуникативную установку – процесс, который по существу и вызывает к жизни современную постфрейдовскую психотерапевтическую культуру, которая с точки зрения её представителей гораздо больше подходит для якобы поставленных Фрейдом целей «индивидуального лечения».
Это противоречие может найти разрешение только в изменении взгляда на устройство внутрианалитического высказывания, которое должно быть помыслено не как индивидуальное отправление, а как аналог современной публичной речи, представляющей собой обращённое к субъекту требование транслировать через высказывание своё наслаждение. Только так проясняется значение как устанавливаемых Фрейдом правил аналитического процесса, так и смысл выказываемого анализантом сопротивления, которое в ревизионистских вариантах психоанализа ошибочно толкуется как «индивидуальная психическая защита» и которое на деле представляет собой сопротивление со стороны исторически сложившейся речевой структуры.

Лекция 10 - Субъект в эпоху выразительного чтения
В области приучения субъекта к речи сегодня доминирует педагогика, ставящая в центр знакомство с текстом в его устной форме. Одной из самых широко известных процедур воспроизводства этой формы является т.н. «выразительное чтение», с которым субъект знакомится ещё в раннем детстве и которого позднее систематически требует от него образовательная инстанция. Предписанная необходимость демонстрировать эту выразительность в речи прослеживается в том числе и в генезисе современного понимания речевого акта, который интеллектуал желал бы видеть в качестве политического действия и который по этой причине ассоциируется с воодушевлением и подчеркнутым интонированием. Именно это отличает его от введенного Лаканом enonciation – акта высказывания – чей вклад в облик сказанного оказывается скрыт за выразительным компонентом.
Основные положения лекции:
– Дисциплинарный характер выразительной речи: роль требования Большого Другого в расстановке акцентов.
– Материнское выразительное чтение и его роль в протекании Эдипа. Столкновение ребёнка с наслаждением матери: женский невроз навязчивости.
– Экспрессивность и массовая психология Фрейда. Картезианский субъект стыда.
– Просвещение как эпоха господства содержания сказанного. Выразительность содержания против интонации акта.
– Редукция выразительности в акте психоаналитической интерпретации.
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 7"]
«Субъект латентного влечения и его отношение к генитальной позиции реального отца»

Лекция 1 - Порядок и желание отца
Основным вопросом, с которым сталкивается сегодня любое рассуждение, сделанное в русле общественных наук или же критики политического характера, является вопрос о причинах, по которым в обществе возникает комплекс ограничений, феноменологически опознаваемый как «порядок». Вопреки той очевидности, к которой нас приучают эти общественные науки, порядок представляет собой не структуру и не систему запретов, а выступает следствием парадоксального исхода того, что анализ называет «отцовским желанием».
Видеть в этом желании простую волю к упорядочиванию – значит привносить в него тавтологию, в рамках которой современная философская критика общественного порядка в основном и находится. Именно это вызывает в ней поиски выхода в направлении преступания и трансгрессии, целью которой является отвоевание наслаждения, будто бы отнятого у субъекта в ходе упорядочения.
Напротив, психоаналитический подход к устройству этого желания позволяет увидеть порядок как эпифеномен отклонения в отцовской позиции, связанный не с запретом, исходящим от отца, а с передаваемой субъекту по линии отцовского желания тревогой, связанной с неустранимым запаздыванием символической инстанции.
В последние десятилетия в интеллектуальном сообществе сложилось определённое представление о феномене порядка, укоренённое в философской традиции, в которой он воспринимается как итог «воли к власти». Порядок, таким образом, отождествляется с патернализмом и рассматривается в качестве нарциссического самоутверждения носителя власти и подкрепления господствующей идеологии.
Подобное прямолинейное понимание постоянно закрепляется в программах социальных мыслителей марксистского ряда, часто опирающихся на психоаналитические тексты. В то же время фрейдовские и лакановские первоисточники подводят к иному, более неоднозначному описанию «желания порядка», которое не отсылает непосредственно к власти и могуществу. Напротив, искать его необходимо на путях взаимодействия субъекта с объектом собственного влечения, особенность которого в том, что оно неизбежно реализуется в условиях неудачи и слабости желания, исходящего из отцовской инстанции. Именно эта неудача вызывает связанную с объектом тревогу, которая в силу того, что объект влечения, как стало известно благодаря Лакану, восприятию недоступен, трактуется как желание упорядочивания и воспринимается сообществом как проявление «отцовского гнева».

Лекция 2 - Стадии психосексуального развития и латентный период
В классическом психоанализе принято считать, что латентная стадия наступает по причине того, что комплекс мероприятий, связанных у ребёнка с Эдипом, завершён и впереди отсроченным образом субъекта поджидает так называемая половая зрелость, знаменующая собой окончание сексуального развития и вхождения в генитальную фазу. При этом латентная стадия у Фрейда связывается с освобождением от груза интенсивных эротических переживаний, характерных для этапа ранней детской сексуализации – высвободившаяся теперь либидинальная энергия направляется на т.н. «общее развитие». Не обременённый больше борьбой за объект влечения, в которой он вынужден был находиться, субъект начинает предаваться свободной реализации своих творческих и умственных способностей и находить удовольствие в социальных контактах.
Лакановский взгляд на латентность носит гораздо более сдержанный характер в отношении её утопического безмятежного склада. При этом ещё более сдержанную оценку получает возможность автоматического перехода к стадии генитальной. Вместо нейтрального периода ожидания естественной физиологической зрелости, стадия эта предполагает вынужденное, в некотором роде насильственное лишение субъекта того, что в лакановской системе фигурирует как знание, связанное с нахождением в эпицентре желания. Находясь в латентной фазе, субъект теряет ориентиры и критерии в отношении наслаждения Другого и тем самым лишается доступа к производству и установлению символического. При этом обрести его снова он может лишь косвенными путями, и это ведёт к незавершённому, сугубо опосредованному овладению генитальным элементом, возникновение которого зависит от возможности снова вернуться в перспективу неравномерности распределения ресурсов наслаждения.

Лекция 3 - Эдип и женская сексуальность
Женский вариант психосексуального развития, как известно, стал для Фрейда вызовом и камнем преткновения. Гипотеза о том, что становление женской сексуальности должно проходить через те же этапы эдипального комплекса, что и сексуальности мужской, несколько раз висела в его работах на волоске, подверглась множеству оговорок и правок и приняла более-менее устоявшийся вид лишь чудом. Задачей постфрейдовских аналитиков стала необходимость каким-то образом сберечь и укрепить эту фрейдовскую постройку – труд, отнявший у многих из них все силы, которые в противном случае могли быть пущены на выявление слепых пятен и несостыковок в устройстве женского сексуального влечения. При этом некоторое количество оппозиционных к Фрейду аналитиков, настаивающих на существовании «особого самостоятельного пути» становления женской сексуальности вне кастрации, по всей видимости, также не покидали пределов его собственной постановки вопроса.
Лишь в лакановскую эпоху появились первые полуофициальные признания, что задача описания женской сексуальности не сводится к выяснению права на эдипальное первородство и должна решаться на уровне, где вопрос кастрации приобретает новые черты для обоих полов.
Основные пункты изложения:
– Женское наслаждение, о котором идёт речь в лакановских поздних текстах, не является избытком «природного», неречевого инстинктивного характера. Не лишено оно также и формы – и тем самым всему символическому как тому, что понимается под «фаллическим», оно вовсе не противостоит. Напротив, оно коренится на уровне речи и свои видимые сегодня контуры обретает в связи с историческим процессом овладения женщинами порядком публичного высказывания и практиками литературного письма.
– Подобное овладение эквивалентно тому, что происходит на так называемой латентной стадии, сопряжённой с отказом от инструментов наслаждения и уходом субъекта на уровень, где ему приходится пользоваться для отправления фантазма определённого рода текстуальным творчеством. При этом стадия эта могла получить социальное воплощение только в эпоху окончания дискурса Господина и появления дискурса Университета.
Та борьба за женские права, свидетелями которой стала современность, имеет своим истоком и исходом не завоевание мужского мира и его привилегий, а завоевание права на отправление латентности и характерного для неё порядка наслаждения.
Литература: Жак Лакан, Семинары. Т. 5, «Образования бессознательного», глава IX «Отцовская метафора».
Т. 20, «Ещё», глава VI «Бог и наслаждение ( LA) женщины».

Лекция 4 - Власть и удовлетворение
На протяжении XX века благодаря философской литературе при содействии популярной психологии, а также литературы художественной, складывается культура подозрения власти как того, что приносит удовлетворение наиболее примитивным доминантным инстинктам. Власть связывается с маскулинной перспективой, понимаемой сугубо психологически, часто через различие полов. Именно с этой точки зрения рассматривается власть сегодня, и именно в этой перспективе она получает критику в том числе в довольно требовательных к методологии источниках, где часто по умолчанию предполагается, что власть сама по себе будто бы способна приносить некоторым субъектам наслаждение.
В то же время фрейдовские тексты, целиком посвящённые вопросам наслаждения, поразительно мало говорят о вещах такого рода. Возможное удовлетворение или наслаждение властью очевидно не является категорией фрейдовского мышления. Обрывочные замечания Фрейда на эту тему указывают, что базовым материалом для анализа возможного удовлетворения такого рода остаются всё те же влечения, из которых складывается т.н. «обычная» психическая жизнь субъекта.
Большая часть фрейдовского материала, посвящённого власти, адресована тому, что впоследствии начинают называть «страстью к подчинению», но из тех же самых текстов можно вывести и составляющие того, сугубо косвенного удовлетворения, которое становится возможным при занятии метонимического места «носителя власти».
Современная публичная среда в своём отношении к власти базируется на двух основных гипотезах, которые составляют сущность этого отношения. Первая из них гласит, что власть даёт наслаждение сама по себе и что, таким образом, существует наслаждение властью. Вторая предполагает, что, помимо этого, обладание властью способствует удовлетворению тех влечений, которые оставались бы неудовлетворенными в её отсутствие.
Гипотезы эти не только пережили фрейдовское психоаналитическое учение, но и зачастую, как это происходит во фрейдомарксистких течениях, именно в нём ищут себе подкрепления. При этом работы Фрейда, посвящённые власти, ведут в ином направлении, показывая, что эти гипотезы являются не чем иным, как мифологией субъекта мужского пола, генитальное положение которого и присущая ему в этом положении лишённость, побуждают его грезить не о власти как таковой и не о том, к чему власть потенциально может дать эксклюзивный доступ, а о наслаждении, которое генетически к власти не имеет никакого отношения и сопрягается с фигурой властвующего лишь посредством фантазма. Это наслаждение субъект ещё в ходе своего Эдипа обретает и впоследствии утрачивает по причинам, связанным с инстанцией Имени-Отца.
Данное наслаждение ввергает субъекта в иллюзию, исходом которой является вера в существование любви за пределами генитальности. Её поиск и побуждает принимать участие в соревновательной погоне за местом власти, которое, как кажется субъекту, вернёт его в позицию, где его тело станет предметом этой любви.
Литература: Фрейд З. Массовая психология и анализ человеческого Я.
Особое внимание стоит обратить на главы с X по XII.

Лекция 5 - Университет и пролетариат
Как и ранее, классовый вопрос сегодня, как правило, это вопрос разделения на социально-экономической основе. С этой точки зрения, психоанализу нечего сказать на эту тему. В то же время у этого разделения есть основания, которыми не интересуется социальные дисциплины и которые остаются для них непрозрачными. Нахождение их возможно в опоре на данные Фрейдом координаты психосексуальности, которые долгое время принимались за характеристики «индивидуального развития», при том что они носят историчностный характер и укоренены не в особенностях психического созревания, а в господствующем дискурсе. Нынешние его характеристики таковы, что водораздел проходит по линии, отделяющей потенциальную генитальность, которая в этом дискурсе лишена воплощения и права голоса, от порядка знания, черпающего свои ресурсы в наслаждении латентного характера.
Так называемый «классовый вопрос» является порождением определённого дискурса, созданного философией. Дискурс этот сохраняет в отношении данной темы теоретическую монополию. В то же время, при всей своей исключительной связности, он обходит вниманием сторону этого вопроса, связанную с возникновением классов как следствием исхода наслаждения, высвобождающегося вместе с тем, что Лакан называет «революционным поворотом», вызвавшим схождение со сцены дискурса господина.
Наслаждением этим никто практически не занимается, и единственный, кто мог что-то сказать на эту тему, – это Фрейд, заметивший в своих работах, посвящённых возникновению масс, что именно оно является подоплёкой существования групп и социальных образований.
Развивая данную тему, Лакан показывает, что продолжающееся распределение этого наслаждения неотвратимо ведёт к дальнейшей сегрегации, в том числе на классовой основе, одновременно поддерживая функционирование двух других дискурсов – дискурса университета и дискурса истерика.
Литература: Фрейд «Психология масс и анализ человеческого Я»;
Лакан «Семинары. Т. 17. Изнанка психоанализа». Глава XII, цифра 4 («Кто может сделать выкидыш?») и глава V, цифра 3 («Средства наслаждения», «Гегель, Маркс и термодинамика»).

Лекция 6 - Вопрос отца и желание Фрейда
Присущая Фрейду убеждённость, что психоаналитическое мышление должно базироваться на терминах, обозначающих структуры ближайшего семейного родства, – в частности, на вопросе о позиции «отца», – нередко вызывает беспокойство и даже раздражение интеллектуалов. Чаще всего в попытках критики или разоблачения психоанализа исследователи метят именно в этот пункт, временами высказывая подозрение, что здесь со стороны основателя психоанализа было замешано нечто «личное». При этом выработать взгляд на данное положение вещей можно только в том случае, если, не отрицая этот момент, напротив, принять его как опору для исследования, которое, во вполне фрейдовском духе ставя вопрос о «желании», непременно включает в себя и вопрос о желании психоаналитика.
Основные пункты лекции:
– «Комплекс Эдипа» в изложении Фрейда является мифом самого Фрейда. В то же время миф этот плодотворен и его необходимо не разоблачать, а анализировать.
– Миф Эдипа состоит из двух отдельных элементов: убийство праотца, которое Фрейд кладёт в основу истории, и фигура праотца, которая, по наблюдениям Фрейда, служит почвой для самой ранней, «первичной» идентификации субъекта. При этом полагая, что персональное желание убить отца овладевает ребёнком в более старшем возрасте, он не может непротиворечиво объяснить связь этих двух событий.
– Предварительная разгадка лежит в том, что Эдип, повествующий об отцеубийстве, представляет собой не желание субъекта, как поначалу полагал Фрейд, а его «знание». Знание это доступно ребёнку уже в самом раннем возрасте, и его влияние распространяется уже на тот этап, который психологи порой считают вотчиной идентификации исключительно с матерью.
– Персонажем этого знания и опорой идентификации является не воображаемый отец, как фигура власти и могущества, вызывающая ревность и зависть, а отец, предположительно потерпевший поражение и уничтоженный, – отец, выступающий как отброс истории. Это дополнительно подчёркивается в нынешнюю эпоху дискурса университета, где он уже в воображаемом облике исторически отброшен ещё раз.
Литература: Фрейд З. «Я и Оно». Глава 3 «Я и Идеал-Я».

Лекция 7 - Атеизм и доступ к наслаждению
Традиционное определение атеизма основывается на решении вопроса о наличии веры. Ненадёжность этого критерия очевидна уже из религиозной перспективы – в области же секулярной, где вопрос приобретает политическое измерение, подобное определение становится почвой для множества парадоксов, в которых любой последовательно практикуемый атеизм немедленно обнаруживает свои догматические и обскурантистские характеристики. Психоанализу удаётся иначе решить эту проблему именно потому, что субъективный критерий веры не имеет для него определяющего значения. С аналитической точки зрения, основой как религиозной позиции, так и атеистической является допущение, что на месте Верховного существа – заполненном или пустующем – находится некое знание, обещающее субъекту доступ к наслаждению.
Основные положения лекции:
– Антиклерикализм в том виде, в котором он оформляется в эпоху просвещенческих дебатов, представляет собой демарш, результатом которого становится не секуляризация, а изменение координат тревоги, связанной с вопросом позиции отца. В результате этого изменения на первый план выходит фигура, отвергаемая в религиозном желании и в то же время скрыто его поддерживающая, – фигура того, кого Лакан называет «отцом реальным», отличительной чертой которого является отсутствие с его стороны доступа к наслаждению.
– Ситуация, в которой оказывается фрейдовский психоанализ, вынужденный в ответ на лукаво-безличную мифологию «смерти Бога», отвечать прямым указанием на убийство праотца, также является двусмысленной, поскольку в регистре «реального отца» речь идёт не об убийстве, а о первичной повреждённости, по отношению к которой само убийство также является психоаналитическим мифом второго порядка, призванным эту повреждённость объяснить.
– Распространённый в современности «стихийный атеизм» приводит к тому, что субъект с самого раннего детства разрабатывает и активно поддерживает отношения с фактом данной повреждённости, воплощённой для него в его объектах. Всё это обуславливает ситуацию, в которой подобный «стихийный атеизм» постоянно оборачивается такой же «стихийной религиозностью».
Литература: Лакан Ж. Семинары. «Изнанка психоанализа». Глава VIII «От мифа к структуре».

Лекция 8 - Ребёнок и его объект
Предполагается, что предметы, с которыми ребёнок имеет дело – в том числе в ходе его игр – обеспечивают его развитие и тем самым решают педагогическую задачу. Также допускается, что предметы эти одновременно к удобству воспитателя служат удовольствию ребёнка, но при этом гораздо реже ставится вопрос о том, какое к ним направлено желание. Психоаналитическая гипотеза предполагает, что если из своих развлечений с предметом или с другими детьми ребёнок извлекает наслаждение, то для такого наслаждения должны быть основания на том уровне, где субъект отправляет сексуальное влечение. При этом в детском анализе не до конца исследованным остаётся вопрос о том, совокупность каких инстанций поддержку этого влечения обеспечивает. Лакановская модификация фрейдовского учения о стадиях сексуального развития, увязанных им с утратой объекта отцовской идентификации, позволяет приблизиться к ответу.
Содержание лекции:
– За включением ребёнка в практику обращения с объектами, в том числе в форме, называемой «игровой», в зависимости от достигнутой субъектом стадии сексуального развития стоят различные механизмы.
– По этой причине говорить об «игре» вообще, о «феномене игры», о её развивающем педагогическом или ином смысле можно с тем же малым успехом, с каким говорят об «искусстве в целом» или о «власти вообще».
– То смущение, в которое приходит любая теория детской игры, условно деля игры на объектные и безобъектные, игры по правилам и «творческие», вызвано отсутствием представления о том, какой именно объект лежит за каждым актом включения ребёнка в игру. Объект этот является тем же объектом, который обнаруживается и за аффектом тревоги и представляет собой в лакановской номенклатуре объект малое а.
– Эпоха, условно называемая «современной», ввиду выхода в ней на первый план инстанции «знания» (S2), представляет благодатную почву для игр особого типа – игр олитературенных – которые опять-таки в силу заблуждения особого рода считаются наиболее сложноорганизованными, но в которых субъекту удаётся наиболее кратчайшим путём получить прибавочное наслаждение в форме отождествления с объектом а как объектом падения и выброса.
Литература: Ж. Лакан. Семинар «Тревога», глава XXIV «От а к именам-Отца»

Лекция 9 - Психотерапия и страсть к лечению
Изобретение психоанализа открыло путь большому количеству течений, с психоанализом себя не отождествляющих и, тем не менее, наследующих ему в той его части, где психоанализ воспринимается как предприятие, сопряжённое с лечебным вмешательством в область психической реальности. В то же время фрейдовская инициатива остаётся в этой части неопределённой: лечение в анализе не является однозначно первичной задачей и в выделенное Фрейдом желание психоаналитика в качестве цели не входит. Возникновение психотерапии снимает эту недоговорённость, открывая тем самым путь другому желанию, отличительной чертой которого является «страсть к исцелению».
Содержание лекции:
– Психотерапия представляет собой побочный продукт вмешательства психоаналитического взгляда на вещи в дискурс науки. Психотерапевт появляется там, где фрейдовский взгляд вызывает у клиницистов тревогу, побуждающую их восполнить то, что им кажется пробелом, оставленным Фрейдом в вопросе лечения.
– Этот пробел восполняется за счёт изменения конфигурации психоаналитической позиции: если у Фрейда в её центре находится психоаналитик и его желание, в психотерапии это место занимает клиент. Изменение это впускает в психотерапевтическую позицию инстанцию наслаждения.
– В силу этого данная позиция содержит садистический элемент. Этот элемент появляется не по причине властного преобладания терапевта над пациентом (гипотеза, на которой останавливается социально-критический взгляд на дело лечения), а в силу того, что в результате «страсти к лечению» пациент оказывается на месте объекта малого а.
Литература: Жак Лакан «Телевидение», пассаж, начинающийся с вопроса: «Исцеление – это тоже фантазм?»

Лекция 10 - Эдип vs. первобытный отец в учении Фрейда
Рассказанную Фрейдом историю отцеубийства, лежащего в основе бессознательного желания ребёнка на эдипальном этапе, принято воспринимать как опорный сюжет для реконструкции отцовской роли в развитии субъекта. При этом редко кто из исследователей, на разных основаниях критикующих фрейдовский концепт Эдипа, открыто говорит о том, что история эта уже у самого Фрейда не является целой и содержит пропуски и явные противоречия. Отец с сыновьями, помещённые Фрейдом в начало человеческой истории, играют в ней роль, противоположную той, которую сыграл Эдип как герой греческой трагедии. Два эти сюжета настолько различны, что в единую историю они не укладываются – каждый из них маскирует нечто существенное для понимания отцовской позиции.
Реконструкция этой позиции также не была доведена Лаканом до конца – в частности, пропуск фигурирует там, где он отсылает к сущности трагического, намеченного Аристотелем в описании катарсиса и сопровождающих его аффектов.
Содержание лекции:
– Современная психология придает огромное значение так называемому «взаимодействию» между детьми и их родителями, полагая, что его ослабление или извращение лежит в основе детских нервных нарушений, а укрепление отношений, напротив, создаст для ребёнка психологически благоприятную атмосферу. В этом подходе из виду пропадает психоаналитический факт, состоящий в том, что внешний характер этих отношений ничего не говорит об их бессознательном структурном устройстве и что элемент «извращённости» из них неустраним даже в случае наиболее благоприятных семейных обстоятельств.
– Затруднение, на которое наталкивается ребёнок со стороны матери, заключается в её женском наслаждении, тогда как в случае отца на поверхность выступает присущее ему повреждение в символическом, помечающее отца как субъекта, не знающего о собственной смерти.
– Это положение иллюстрируется посвящёнными отцовской фигуре мифологическими источниками, на которые опирается психоанализ. При этом, если Фрейд предлагает две противоречивые версии этого мифа, Лакан полностью сосредотачивается на трагическом источнике отцовской метафоры, запечатлённом в драматургии, посвящённой Эдипу. Драма эта увенчивается фигурой его дочери Антигоны, в широко известном толковании одержимости которой Лакан тем не менее замалчивает важную деталь, состоящую в извращении и нарушении структур родства в семье Эдипа.
– Данная деталь позволяет пролить свет на устройство семьи как таковой, поскольку элемент возникающего по её причине извращения сохраняется в семейных отношениях в любом случае и выступает в форме нависающей над каждым ребёнком необходимости выработать своё отношение к тому, что в регистре символического можно было бы назвать отцовским позором и материнским умолчанием о нём.
Литература: Лакан, «Этика психоанализа», раздел «Сущность трагедии. Комментарий к Антигоне Софокла.

Лекция 11 - Перенос как причина психоаналитического знания
Являясь одной из ключевых операций анализа, перенос также выступает концепцией, которая практически без изменений пережила все этапы исторического преобразования психоаналитического метода. Тем не менее, хотя реальность переноса ни на одном из этих этапов не подвергалась сомнению, следствия, выводимые из этой реальности, были различны. Если с фрейдовской точки зрения перенос должен был помочь анализируемому субъекту образовать недостающую ему в реальности межсубъектную связь, на которую он мог бы в ходе анализа опереться, лакановский анализ представляет перенос в виде структуры, включающей субъекта в отношения, не имеющие никаких социальных аналогов вне анализа. Описание этих отношений подводит лакановскую теорию к изобретению аналитического дискурса.
Тезисы лекции:
– Воспринимаясь сегодня как фундаментальное понятие и основа психоаналитической практики, концепция переноса вводится Фрейдом окольными путями и не сопровождается той уверенностью, с которой впоследствии с ней стали обращаться в профессиональном клиническом сообществе.
– Фрейдовская осторожность на этот счёт полностью себя оправдала, когда предпринятое Лаканом возвращение к высказанным Фрейдом соображениям продемонстрировало, что психоаналитические школы обнаруживают в обращении с переносом сильные колебания и стремятся сгладить двусмысленность, которую Фрейд вместе с понятием переноса в анализ привнёс, заявив, что перенос представляет собой не средство работы с бессознательным, а закрытие к нему доступа.
– Попытки фрейдовских аналитиков уклониться от координат фрейдовского знания носят точно такой же характер, как и те колебания, которые обнаруживает в переносе анализант, поскольку в основе и тех и других лежит сопротивление, связанное с желанием Другого. Желание это, в данном случае будучи желанием самого Фрейда, провоцирует в психоаналитической среде закрытие и отказ на уровне, соответствующем «бессознательному» аналитической теории.
– Представление о переносе, таким образом, не сводится к учению о его психическом происхождении и технике его использования, поскольку перенос представляет собой не психическую реакцию, а регулятор производства аналитического знания, в поле которого находится всё психоаналитическое сообщество в целом.
Литература: Жак Лакан, 11 семинар, «Четыре основные понятия психоанализа», Раздел «Перенос и влечение», глава «Присутствие аналитика».

Лекция 12 - Преобразование влечений в психоаналитическом акте
Распространено воззрение, согласно которому субъект приносит в анализ симптом, сформированный из двух регистров – из регистра структур бессознательного, предположительно общих для всех субъектов, и регистра «индивидуального», выстроенного на основе биографических обстоятельств невротизации в каждом из её случаев. Основанная на подобной гипотезе практика упускает из виду ещё один исторический регистр, появляющийся в результате крушения дискурса господина и возникновения вследствие этого связи между инстанциями влечения и знания.
Существование этого третьего регистра, определяющего сегодня характер психосексуального развития субъекта, захватывает также саму аналитическую практику и является причиной, по которой эта практика была выстроена Фрейдом определённым образом.
Тезисы лекции:
– Бессознательное – это не открытие Фрейда, а эффект, возникающий между двумя сферами, которые задействует совершённое Фрейдом вмешательство в науку, – сферой аналитической практики и сферой публичности, где фрейдовская речь на другом уровне вызывает те же последствия, что и речь аналитика в анализе.
– Желание Фрейда не является «желанием аналитика» в том виде, в котором оно имеет хождение в постлакановских психоаналитических сообществах, где оно представляется плодом аналитической этики и техники. За рассуждениями о символической позицией аналитика и беспокойством о её качестве скрывается то, что касается тревоги самого Фрейда. Эта тревога не адресована аналитической ситуации. В то же время помимо неё никакой другой почвы для понимания желания аналитика не существует.
– Методология Фрейда и предписанные им нормы поведения аналитика в анализе создают условия для отклонения влечения анализанта, тем самым обуславливая перенос. При этом взятое Фрейдом направление не сводится к первичной разработке аналитической техники: напротив, сама эта техника является следствием желания Фрейда нечто противопоставить продукту того наслаждения, которое субъект в эпоху дискурса университета извлекает и задействует в акте отвержения генитальности.
[/spoiler]
[spoiler="ГОД 8"]
«Пролегомены к брачной жизни»

Лекция 1 - Симптоматология материнства
Современное материнство представляет собой институт, регулирующий обязанности субъекта, осуществляющего материнский уход, и одновременно в высшей степени безразличный к структуре этого субъекта. Наследующий Фрейду семейный психоанализ лишь незначительно меняет эту картину, поскольку материнский субъект, представленный в нем со стороны «связи с ребенком», даже в таком виде не выходит за пределы служебной инстанции поддерживающего объекта. Это не только оставляет за бортом вопрос о том, как организуется субъективация, помеченная материнством, но и в еще меньшей степени позволяет исследовать то, что происходит в этой субъективации помимо взаимодействия с ребенком.
Тезисы лекции:
– Заход Ференци позволил клиницистам и психологам детства избежать заложенного в учении Фрейда несовпадения между субъектом женского желания и его объектом с одной стороны и родительским и детским субъектом с другой. Основной задачей детской психотерапии, покрывающей этот разрыв, становится необходимость воссоздания отношений между ними на базе любви и сосредоточенное изучение нарушений ее отправления.
– На уровне теории сопротивление этой идиллической картине исходит из заложенного самим же Ференци в основание своей теории мифа об «органическом рессентименте» женского, вызванном его эволюционным проигрышем в достижении независимости от первичной доантропологической среды обитания. Таким образом, в рамках этой теории тревога, которую вызывает в мужчине женское желание, его загадочность и возможно исходящая от него угроза остается недоступной исследованию.
– Это неанализируемое противоречие становится причиной, по которой фигура отца фактически исчезает из поля зрения современной психотерапии семьи и возвращается в клинику в виде «реального терапевта» – мужчины-врача, инструктирующего и наставляющего матерей в деле «любви к ребенку как таковому».
– Вернуть психоаналитический смысл рассмотрению материнства становится возможным в наблюдении за изменениями в материнском субъекте в ходе сексуального развития ребенка, где мать, не адресуясь к ребенку напрямую, в определенный момент создает зону для посвящения его в свой фантазм. Момент этот, не имея отношения к воспитательным и адаптационным практикам, чреват существенными последствиями для дальнейшего развития субъекта и одновременно создает возможности для изучения происходящего в желании женщины.

Лекция 2 - Удержание, падение, обесчещение: женская позиция в символическом
Во всем, что касается занимаемой женщиной позиции, из которой ей предположительно доступно сексуальное удовлетворение, культура ориентируется на плавающую разметку, символически отделяющую видимость пристойности от явного падения. При всей грубости и карикатурности этой разметки именно на нее буквально ориентируется социальная и гендерная эмансипация, требующая полной и безоговорочной отмены налагаемых на женщину ограничений и характерным образом прочитывающая их как плод мужской символической власти. В психоаналитическом подходе обнаруживается иная картина, в которой такты отправления женского желания, включающие в себя падение и диффамацию, не связаны с мужским моральным требованием и характеризуют оригинальную структуру отношений женского субъекта с наслаждением.
Тезисы лекции:
– Женщина с точки зрения андроцентрической перспективы: понятия castitas (целомудрия) и pudor (стыдливости). Их диалектика в европейских языках, ведущая к возникновению мужского фантазма о проституции и к расщеплению обращенного к женщине мужского запроса на наслаждение.
– Преобразование мужской сексуальной функции в браке: запрет со стороны отцовской инстанции на плоды первичной сексуации мальчика и на связанную с ней мизогинию. Супружество как стирание мальчишеской гримасы отвращения перед использованием женщиной своего тела.
– Встречное преобразование женской сексуальной функции в браке: наслаждение, извлекаемое из парадоксального срабатывания отцовского означающего, силящегося придать символическую легитимность предположительно непристойным женским функциям и тем самым позволяющего женскому субъекту, использующему двусмысленность этого означающего, многократно реконструировать в отношениях с мужчиной сцену падения и обесчещения.

Лекция 3 - Современный женский субъект: истерия и обсессия
Историческое начало психоанализа прочно связывает истерическое с женским и одновременно женское с истерическим. Со временем в аналитических предпосылках складывается «гендерная» симптоматологическая гипотеза, в котором женская сторона субъективации условно помечена знаком истериии, тогда как мужская соотносится с навязчивым симптомом. Существующая критика этого распределения чаще всего носит эмпирический характер и указывает на встречающиеся с обеих сторон исключения. В то же время существует возможность полновесного теоретического сомнения в этом различии, открывающаяся со стороны анализа женского фантазма, активизирующегося вместе с материнством. Данный фантазм показывает, что женская навязчивость является не эксцессом, а одним из магистральных путей, по которому желание женщины на определенных этапах обречено направляться.
Тезисы лекции:
– Отказ Фрейда считать истерию стигматом типичной женственности и переизобретение ее в анализе в виде особого способа сексуации, основанного на имитации мужской нехватки в области наслаждения. Истерия как доступ к «большой» и к самодеятельной литературе о смоделированных мужчинах.
– Исключительная роль частичного анального объекта в навязчивости: «Видеть меня, слышать меня, сосать меня, срать на меня» (Ж. Лакан, 11-ый семинар). Анальный объект как неизбывный остаток неусвояемого в наслаждении.
– Женская навязчивость vs. мужская: диалектика грязи и заражения. Псевдосадизм и псевдомазохизм женской обсессии.
– Неполное посвящение ребенка в анальный женский фантазм и передача обсессии по наследству; привыкание субъекта к чтению как к поиску невысказанного в женской речи.
Литература: Ж. Лакан. Семинары. Т. 5, «Образования бессознательного», глава XXIII («Одержимый неврозом навязчивости и его желание», подраздел «Садистские сценарии») и XXV («Значение фаллоса в психоаналитическом пользовании», подраздел «Один способ лечения невроза навязчивости у женщин»).

Лекция 4 - Пути вхождения в невроз навязчивости
Беспрецедентный характер фрейдовской постановки вопроса о неврозах состоял для современников в том, что Фрейд не пытается исследовать, как субъект мог бы невроза избежать, а непосредственно запрашивает о том, почему невроз принял тот или иной характер. Другими словами, развитие субъекта с самого начала отмечено психическим изъяном, поскольку субъект с самого начала желает удовлетворения, с недопустимым характером которого он неизбежно на том или ином этапе сталкивается, что приводит его к необходимости задерживать свое влечение. Характер этой задержки влечет за собой возникновение невротического профиля, определяющего в дальнейшем основной способ обращения с объектом желания. В случае невроза навязчивости этот профиль, как показывает уже Фрейд, определяется в связи с объектом анального влечения. Тем не менее для аналитиков остается неочевидным, что объект этот, предпосланный невротику на самых ранних стадиях развития, принадлежит не ему, а его матери.
Тезисы лекции:
– Родительские обязанности не являются результатом «естественного» и взаимно удобного разделения труда – общество вверяет ребенка женщине, оставляя мужчину в состоянии сильнейшей тревоги и подозрений, связанных с невозможностью проконтролировать то наслаждение, которому женщина делает ребенка причастным.
– Не в силах осуществить этот контроль, мужчина вырабатывает фантазию о женщине как о субстанции, способной поглотить дитя и лишить его потенциальной генитальности. Данный фантазм выполняет защитную роль, как зеркало скрывая от мужского сообщества происходящее между ребенком и матерью на другом уровне – там, где мать, напротив, наделяет ребенка дополнительным, совершенно чуждым ему объектом, связанным с анальным наслаждением женщины.
– Обзаведясь этим объектом, ребенок вступает на «нормальную» невротическую основу, в которой реальность желания другого становится для него определяющей, а доступ к наслаждению пролегает через тревогу.
Литература: Фрейд. З. Предрасположение к неврозу навязчивости. О проблеме выбора невроза (1913).

Лекция 5 - Мужской субъект и его тревога
Одним из основных последствий sexuelle Revolution явилась глубокая и всепроникающая психологизация всего, что касается характеристик пола. Интеллектуальные дискуссии этого периода сначала кропотливо разрабатывали понятия феминного и маскулинного, чтобы потом, исчерпав к этому интерес, потребовать отказа от них как от стереотипных и ограничительных. При этом ни постановка этих понятий во главу угла, ни их увольнение не затрагивает того, что происходит на уровне совершенного Фрейдом открытия явлений, обобщенных указанием на т.н. «кастрацию», которая единственная с точки зрения Фрейда придает различию полов логику и смысл. Долгое время давая почву для недоразумений, этот термин начал проясняться лишь в свете отказа от приложения его к чисто сексуальным следствиям. Именно в этот момент в психоаналитической мысли заново появляется вопрос о том, чего именно лишен субъект, для появления которого, как настаивал Фрейд, кастрация имеет решающее значение.
Тезисы лекции:
– Вопрос «Чего хочет женщина?» имеет асимметричный аналог для другого пола, который звучит как «Что такое мужчина?». Невозможность дать на него ответ посредством чисто психологических уловок дополняется слабостями социальных теорий, где пол рассматривается в рамках «гендерных идентичностей» и структур властных отношений и при этом упускается вопрос сексуации.
– С психоаналитической точки зрения мужчина представляет собой субъекта, которому вменен отказ от части наслаждения, уступаемой им субъектам других типов сексуации. Это определение делает излишним вопрос об «идентичностях» и «психологических характеристиках» пола.
– С точки зрения традиционно настроенной общественности современный мужской субъект находится «в кризисе» – положение, с которым гуманитарно-активистская среда в целом не согласна. С аналитической позиции следует говорить по меньшей мере о трех больших изменениях в современной мужской сексуации, пришедшихся на период господства дискурса университета: это оттеснение генитальности, усиление цензуры в области наслаждения, разделяемого мужчинами друг с другом, а также утрата брачным институтом элемента, ранее адресуемого мужской нехватке.
Литература: Лакан. Т.5. «Образования бессознательного». Глава IX, «Отцовская метафора».

Лекция 6 - Вопрос сексуации и его значение в анализе
С точки зрения публики инициатива Фрейда в области изучения сексуальности обладала ценностью, поскольку он, как многие сочли, имел смелость заговорить на репрессируемую тему. Именно такая постановка вопроса долгое время как воодушевляла последователей, так и служила поводом для недоразумений и слишком узкого понимания материй, обсуждаемых психоанализом.
При этом Фрейд признавал, что ему не всегда удавалось предпринять перевод своего теоретического аппарата с языка бытовых обозначений на язык сугубо аналитический. Лакан, заново выстроив аналитический аппарат, произвел концепт, в котором сексуальное открепляется наконец от всего, что расширительно связывало его с потребностями живой материи в совокуплении. В то же время в нем тщательно сохраняется все то, что в учении Фрейда долгое время считалось устаревшим и ошибочным – вопрос пола как формы, телесная материальность которой представляет собой намек на тот факт, что предметом оформления предстает инстанция желания.
Тезисы лекции:
– Насыщенность учения Фрейда понятиями сексуального и пола принесла ему славу и обеспечила неумолчность, с которой в обществе распространялись свидетельства об истинности сделанных им заявлений. Тем не менее эта насыщенность вызвала изначальное смещение акцента, за которым невольно последовали аналитики, в чьем учении пол одновременно описывал нескольких разноуровневых феноменов.
– «Пол» таким образом оказался в анализе метафорой, продуктом теоретического сгущения, что в итоге не позволило этому понятию избежать нагрузки «фантазмом профессионалов», в котором центральное место занимает императив любви, в результате чего пол оказывается жестко связан с его сексуальной ролью.
– Введенное Лаканом понятие сексуации производит очищение и перезагрузку концепции пола, открепляя его от «будуарной роли». Вместо парных отношений полов Лакан открывает внутреннюю организацию позиций различных сексуаций, которых в перспективе может оказаться больше, чем две, и которые вступают в иные отношения, нежели любовные.
Таким образом Лаканом решаются две задачи: окончательно выводя за пределы анализа педагогическую грезу «примирения полов», он также предупреждает и делает излишней более позднюю гендерную концепцию, требующую радикального освобождения для множества «гендерных идентичностей», но на деле не уходящую от понятия пола в долакановском смысле.
Литература: Лакан. 20 семинар. Глава V «Аристотель и Фрейд: другое удовлетворение», с цифры 2 («Прикосновение к реальности обеспечивается аппаратами наслаждения...»).

Лекция 7 - Собственники наслаждения
Тезисы лекции:
– Загадка, оставленная Фрейдом, состояла в том, что центральное понятие аналитического учения – либидо как оператор наслаждения – представляло собой в его теории бесхозную энергию, которая никому в конечном счете не принадлежала и ничего не говорила о своем происхождении.
– Именно это побудило Лакана дополнить фрейдовскую метапсихологию в ее экономическом аспекте теорией дискурсов, напоминавшей об исторически-формационном учении Маркса. Тем не менее центральным вопросом, поставленным Лаканом, явился вопрос не о развитии средств производства и накоплении богатств, а об ограблении знающего и растрате наслаждения.
– Первичное ограбление подобного типа, совершенное в момент исторического упадка дискурса Господина, оказывается чрезвычайно близким по своей процедуре к ограблению, совершаемому в момент входа ребенка в латентную стадию развития, сопровождающуюся вынужденным расставанием со знанием, посредством которого он реализовывал свою детскую сексуальность. Основным признаком нахождения на новой стадии становится необходимость трудиться, которая тем не менее, в отличие от эпохи Господина, к знанию больше не приближает и в компенсацию за которую латентный субъект получает наслаждение, заключающееся в наблюдении за тревогой субъекта генитального.
– Латентный характер общего психосексуального профиля современности сказывается в том числе в отклонении фрейдовского наслаждения, воплотившегося в создании психоанализа как свободной теоретической деятельности, и превращения анализа в трудовую врачебную обязанность излечивать и адаптировать поврежденных субъектов. Бонус наслаждения последней обнаруживается в возвышении этого повреждения до статуса нехватки изгнанного Господина.
Литература к лекции: Ж. Лакан, 17-ый семинар «Изнанка психоанализа», глава V «Лаканово поле».

Лекция 8 - Возраст мужчины
С тех пор как Фрейд – наивно, с точки зрения многих его критиков, – попытался объяснить различие в положении мальчика и девочки в том, что связано у обоих с усвоением сведений об анатомическом различии полов, возрастная психология практически полностью замерла в решении вопроса о том, что в позиции мальчика должно быть выделено как наиболее для него характерное.
Вопрос этот до сих пор остается нерешенным, полностью заместившись со временем вопросом о создании в семье благоприятной, препятствующей возникновению невроза среды. Создание этой среды не только оказалось ложной целью и не привело к сокращению случаев невротического развития, но и воспрепятствовало изучению более тонких обстоятельств развития мальчиков. Не попав в поле зрения традиционной педагогики в то время, когда она еще имела желание данным вопросом заниматься, эти обстоятельства тем не менее ставят под вопрос как наиболее распространенные способы воспитания маскулинности, так и ответную тенденцию, настаивающую на педагогической безразличности фактора принадлежности полу.
Тезисы лекции:– Вопреки общественным воззрениям, мальчик не представляет собой несовершенное подобие мужчины, его сырой и незавершенный образ. Напротив, мальчик является носителем совершенно особой субъектности, поскольку в нем есть нечто такое, что не укладывается в проект мужской сексуации. Этот выбивающийся элемент парадоксальным образом подчеркивается и поощряется в коллективных детских играх, которые родительская педагогика полагает путем к «становлению мужчиной», но которые используются мальчиком по-своему – в них он стремится стать объектом наслаждения генитального Другого.
– Событие это в дальнейшем развитии современного мальчика подлежит вытеснению и сменяется в латентом периоде качественно новым состоянием, для которого характерна фетишизация феномена «собственного Я», маскирующая лежащее в основе этой фетишизации расщепление. Расщепление это восходит к картезианской позиции и одновременно тщательно скрывает причины, по которым философии Нового времени понадобилось эту позицию занимать.
– Это состояние, получившее описание в жанре большого модернистского «романа воспитания», представляет собой следствие грамматики акта декартовского высказывания и влечет за собой затруднение, описанное Фрейдом и впоследствии Лаканом как препятствие на пути к освоению уровня «зрелой генитальности».
– Характерно, что первые аналитики искали это препятствие в области индивидуальных внутренних психических конфликтов, тем самым косвенно отрицая усмотренный еще Фрейдом его «цивилизационный характер». Лакановское требование относиться к философскому тексту как к аналитическому материалу, также подлежащему интерпретации, расшифровывает эту гипотезу Фрейда и ведет к объяснению того, как именно в современности складывается и закрепляется характерный невротический профиль.
Литература: Ж. Лакан, семинары, т. 5., «Образования бессознательного», глава XI «Три такта Эдипа (II)».

Лекция 9 - Декарт и молоко истины
В современных представлениях философия остается элитарной практикой, которой профессионально и добровольно занимается группа интеллектуалов. При этом с общей точки зрения философское высказывание остается размышлением, не имеющим в целом для субъекта никаких реальных последствий. Вопреки этому Лакан заявляет, что философия Нового времени, начиная с Декарта, представляет собой ответ на исходящее от этого субъекта требование заменить поиском истины то, что преследует его в виде тревоги. Последствия этой замены ставят его в паранойяльную позицию, заставляя постоянно отрицать объект, которым он наслаждается, и делая его уязвимым для требования Другого.
Тезисы лекции:
– Философия Нового времени представляет собой масштабную попытку усвоить картезианское учение так, чтобы предотвратить исходящую от него для субъект прямую угрозу. Делается это посредством переведения декартовского acting out’а и исходящих из него последствий знания на уровень соискания метафизической истины.
– Истина, в отличие от введенного Декартом анального измерения, – блюдо оральное, субъект способен долгое время ей питаться, если она подана в надлежащей форме. Тем не менее это питание носит суррогатный характер – оно призвано заглушить потребность влечения в означающем. Именно в этом контексте необходимо рассматривать секулярный пафос Фрейда, настаивавшего на примате сексуального и неверно понятого в итоге в качестве провозвестника истины бессознательного, тогда как на деле он являлся оппонентом потребности субъекта в истине.
– Невзирая на то, что психоанализ предпринимает попытку вернуть на сцену известие о различии пола, возвращает он по сути не то, что о поле нам известно с древности – его мифологию, которая всегда выполняла роль Реального. Напротив, знание Фрейда оказывается актуализацией картезианской структуры, где субъект сбит с толку означающим и имеет доступ к полу исключительно через аппараты наслаждения.
Литература: Жак Лакан, «Семинары», т.10, «Тревога», глава II «Тревога, признак желания», подпункты «Гегель и Лакан» и «Пять формул желания Другого».

Лекция 10 - Оральный и анальный объект в акте высказывания
Психоаналитики широко пользуются обозначениями стадий сексуального развития для трактовки всего, что имеет отношения к исходящему от субъекта требованию к Другому и демонстрации потребности в объекте. Тем не менее помимо этих элементарных для бессознательного операций существует нечто более фундаментальное, восходящее к способу, которым современный субъект пользуется речью, позволив психологической науке убедить себя в том, что она представляет собой средство до Другого достучаться. В анализе рассмотрение речи как одного из способов заявить о потребности или высказать требование необходимо заменить прояснением, как именно субъект способен удовлетворять свои внегенитальные влечения, встраиваясь в порядок высказывания и соревнуясь в нем на почве снискания признания.
Тезисы лекции:
Литература: Жак Лакан, Семинары, т. 17, «Изнанка психоанализа», глава III «Власть невозможного, цифра 4.– Различие введенных Лаканом фундаментальных аналитических понятий «потребности», «требования» и «желания» остается трудной задачей даже на уровне базовых форм поиска удовлетворения. Еще более неочевидна роль этих инстанций в удовлетворении, которое анализ относит к невротическому.
– В то же время именно операция их вычленения приносит наиболее ценную информацию об устройстве невроза и о способах, которыми невротизированный субъект обращается с Другим и ищет у него удовлетворения.
– Можно установить, что истерии и неврозу навязчивости соответствует свой, особый характер предъявления требования и потребности. При это ни в одном случае объектом потребности не является нечто, находящееся в регистре потребности физиологической. Напротив, невротик сразу выходит на уровень, где характер его отношения к предположительно генитальному Другому выражается в определенной речи, которую он тем не менее придерживает при себе, адресуя Другому молчание.
– Если молчанию невротика навязчивости присущ рессентимент, заключающийся в мстительном ожидании, когда Другой будет разоблачен и признается в своих тайных недостатках, то для истерического субъекта характерно укоризненное молчание, посредством которого он сигнализирует генитальному Другому о его невыносимом жестокосердии. Соответственно, если основной характеристикой навязчивого невротика является требование от Другого публично сознаться, то истерика характеризует его потребность в «истинной любви» к малым и обиженным.

Лекция 11 - Фрейд как тело и объект
Тот биографический характер, который обычно принимают рефлексии о крупной фигуре, распространен в том числе и в психоанализе, где обсуждение Фрейда, как правило, фигурирует в качестве обсуждения «истории жизни». Собственно психоаналитический угол зрения в этих повествованиях приходится воссоздавать искусственно, при помощи стилистических средств, которые сами аналитическими не являются. При этом прямая аналитическая постановка вопроса заключается в выяснении, каким объектом Фрейд является для бессознательного психоаналитиков и что именно в этом объекте вызывает у них тревогу.
Тезисы лекции:
– Отсутствие в истории психоанализа иного жанра описания фигуры его основателя, нежели традиционного биографического, приводит к игнорированию измерения, которое не могут затронуть даже наиболее «желтые» и скандальные исследования, но которое оказывает постоянное и реальное влияние на психоаналитиков и в еще большей степени на их анализантов.
– Для описания этого измерения необходимо отвлечься как от сугубо теоретической точки зрения на анализ, так и от попыток «дикой диагностики» фрейдовской биографии, когда из усложненных отношений Фрейда с мужскими фигурами из его семьи делают вывод о «субъективизме» его теории.
– Вопреки этим подозрениям, особый акцент на отцовской инстанции в фрейдовском анализе связан с тем, что анализ в целом, как предприятие в том виде, в котором основал его Фрейд, представляет собой особую процедуру сексуации и является средством продолжения психосексуального развития субъекта за пределы генитальной стадии. При этом, невзирая на искусственный, существующий только в анализе характер этой сексуации, она, как и любая сексуация вообще, располагается на базе отцовской метафоры.
– Игнорирование процедуры этой сексуации как основной аналитической цели приводит к соскальзыванию анализа в состояние, где аналитик подталкивается к выполнению материнских обязанностей: ему вменяется «доращивание» эго пациента, контейнирование его аффектов и т.п. Вопрос желания аналитика, таким образом, подменяется вопросом о «достаточно хорошем аналитике» и его работе.
[/spoiler]
[/spoiler]
[spoiler="Раздача ведётся путём добавления новых файлов:"]
Раздача ведётся путём добавления новых файлов; при каждом добавлении создаётся новый торрент. Чтобы начать докачку новых файлов, пользователям необходимо сделать следующее:
(1) остановить скачивание,
(2) удалить старый торрент у себя из клиента (имеющиеся файлы удалять не надо),
(3) скачать новый торрент и запустить его у себя в клиенте вместо старого, при этом указать клиенту путь в старую папку, куда и должно происходить скачивание новых файлов.

Ваш клиент при этом должен произвести хеширование (проверку) старой папки (если не производит сам - помогите ему сделать это), и будет докачивать только те файлы, которых у вас ещё нет. Старые файлы при этом не удаляются, а продолжают раздаваться!

Eсли вы уже удалили старые файлы, то предотвратить повторную закачку старых файлов можно, отжав галочку в соответствующих местах при запуске нового торрента. По возможности, желательно не удалять старые файлы как можно дольше, чтобы релизёр не только продолжал раздавать старые файлы, а смог сконцентрироваться на новых.
[/spoiler]